Судя по результатам визита, переговоры между президентом США Д. Трампом и председателем КНР Си Цзиньпином прошли с относительно положительным исходом.
Стороны старались найти решения наиболее острых вопросов в торгово-экономической сфере двустороннего сотрудничества, таких как тарифы, американские инвестиции в Китай, развитие высокотехнологичных отраслей и прочее.
Особенно важно было на фоне обострившегося стратегического соперничества установить чёткие правила конкуренции, чтобы уменьшить неопределённость в отношениях между двумя странами. В этой плоскости обе стороны в определённой мере пошли друг другу навстречу.
Подготовка к визиту, по всей видимости, заставила Трампа снизить уровень своих амбиций, что объясняется неудачей США в попытках монополизировать поставки иранской нефти и углеводородов из Персидского залива. На переговорах Соединённые Штаты и Китай выступали как равноправные партнёры.
Со стороны Китая наблюдается адаптация к новому американскому курсу в отношении Пекина, направленному на разрыв тесных торгово-экономических связей с Китаем в ключевых для США сферах, связанных с технологической независимостью и обороной.
Как указано в официальных отчётах с китайской стороны, Пекин предложил «новое видение» американо-китайских отношений — модель «конструктивной стратегической устойчивости», основанную на принципах четырёх устойчивостей:
Согласно мнению Китая, эти «четыре устойчивости» представляют собой ясный и осуществимый план развития двусторонних отношений и предназначены не для временного применения, а для долгосрочного курса.
Декан Института международных исследований Фуданьского университета У Синьбо, объясняет ситуацию следующим образом: «Идея повысить предсказуемость в отношениях между Китаем и США возникла после встречи лидеров двух стран в октябре прошлого года, после чего отношения вошли в фазу, которую можно охарактеризовать как «тактическая устойчивость».
Эта основа в виде торгового перемирия между сторонами оказалась хрупкой, так как отсутствовало стратегическое согласие по ключевым вопросам и не было реального сотрудничества в важных сферах.
Именно поэтому новая модель развития китайско-американских отношений, по мнению китайского эксперта, призвана повысить уровень с «тактической устойчивости» до «стратегической устойчивости».»
Насчёт того, приняла ли США предлагаемую модель отношений с Китаем, пока точной информации нет. Однако, по крайней мере, достигнуто взаимопонимание по ключевым вопросам торговли и экономики между Трампом и Си.
Этот компромисс стал итогом успешного седьмого раунда китайско-американских экономических и торговых переговоров, прошедших в Южной Корее, где американский министр финансов Бессант встретился с вице-премьером Госсовета КНР Хэ Лифэном незадолго до визита президента США в Пекин.
Си Цзиньпин заявил, что переговоры принесли «сбалансированные и позитивные результаты» и подтвердил, что стороны продвинулись в торговых переговорах. Официальная «Глобал таймс» отметила, что это явное подтверждение того, как «новая позиция» в американо-китайских отношениях превращается в практические действия.
Важной частью экономического диалога стала встреча Си Цзиньпина с представителями американского бизнеса. Трампа на встрече сопровождали лидеры более 10 крупных американских компаний, включая Тима Кука («Apple»), Дженсена Хуанга («Nvidia»), Илона Маска («Tesla»), Криштиану Амона («Qualcomm» — одного из главных поставщиков интегральных микросхем в Китай) и других.
На основании этого списка видно, что технологии и торговля были одними из ключевых приоритетов США во время визита Трампа в Китай.
Председатель КНР приветствовал партнёрство с США и заявил, что американские компании получают в Китае широкие возможности. Си Цзиньпин подчеркнул активное участие американских фирм в реформе и открытости Китая, подчеркнув взаимную выгоду сотрудничества.
Американские эксперты, отмечая заинтересованность США в доступе на китайский рынок, считают, что в центре внимания находятся развитие цепочек поставок в области ИИ, будущая форма экспортного контроля и степень, в которой лидерство США в производстве микросхем будет приносить доход на китайском рынке.
Значительным источником разногласий остаётся господство Китая на рынках критически важных и редкоземельных минералов. Поскольку администрация Трампа стремится сохранить технологическое превосходство США, даже в случае достижения соглашения с Китаем о выдаче лицензий, контроль Пекина над этими минералами, скорее всего, сохранит потенциал для напряжённости в отношениях.
Подобные вопросы и разногласия, вероятно, обсуждались в ходе визита Трампа, однако результаты данных обсуждений пока не известны.
Вторая серьёзная проблема в отношениях между США и Китаем — тайваньский вопрос.
Во время переговоров в Пекине в четверг Си Цзиньпин отметил, что поддержание мира и стабильности в Тайваньском проливе является ключевым аспектом двусторонних отношений.
Отметив, что тайваньский вопрос — самый важный в американо-китайских отношениях, Си Цзиньпин заявил Трампу, что при грамотном подходе эти отношения будут удерживаться на стабильном уровне.
В противном случае между странами могут возникнуть столкновения и конфликтные ситуации, угрожающие всем двусторонним взаимодействиям, подчеркнул Си Цзиньпин, добавив, что «независимость Тайваня» несовместима с миром между берегами пролива, как огонь и вода, сообщает агентство «Синьхуа».
Тайваньский вопрос всегда остаётся фоновым раздражителем в американо-китайских отношениях, но непосредственно способен обострить отношения только если будет активизирован с американской стороны.
На данный момент такой активизации не наблюдается. США, например, приостановили поставку очередной партии вооружений на Тайвань. Возможен переход на менее провокационную позицию в отношении острова, которая беспокоит Пекин больше всего.
В целом же, как заявил госсекретарь США Рубио, политика Америки в отношении тайваньского вопроса «не изменилась. Она является последовательной на протяжении нескольких президентских сроков и сохраняется и сейчас». США придерживаются стратегии «стратегической неопределённости» касательно возможной военной защиты острова в случае его силового воссоединения с материковым Китаем.
В отчёте, подготовленном американской стороной, одной из центральных тем переговоров оказалась война в Иране. Поскольку Китай имеет прочные связи с Ираном, ожидалось, что Трамп попросит Си Цзиньпина выступить посредником и оказать поддержку в прекращении конфликта.
Однако, как отметил Рубио, Трамп «ничего у него не просил», поскольку США «не нуждаются в помощи Китая».
Согласно американскому докладу, китайская сторона не поддерживает военное присутствие в Ормузском проливе и выступает против взимания платы за его прохождение.
Это не отвечает интересам Китая, так как может создать прецедент для других стран попытаться контролировать и взимать плату за проход через другие важные для мировой торговли проливы, которыми активно пользуется Китай.
Кроме того, КНР поддержала позицию США о недопущении наличия ядерного оружия у Ирана, при этом последовательно отстаивая нормы международного соглашения по нераспространению ядерного оружия.
Новое «видение» американо-китайских отношений, предложенное Пекином в качестве модели взаимовыгодного партнёрства, основано на принципе общей выгоды. Председатель КНР Си Цзиньпин заявил, что великое возрождение китайской нации и восстановление американского величия «могут идти рука об руку», а Китай и США способны помогать друг другу достигать успеха и содействовать процветанию всего мира.
Во всех отношениях это действительно самая выгодная позиция для обеих стран и всего мира. Именно так выстраивают свои отношения Россия и Китай. Однако учитывая существование в США влиятельных политических сил с радикально антикитайской позицией, стремящихся вернуть американскую глобальную гегемонию, сомнительно, что администрация Трампа сможет удержать такой курс даже в рамках «управляемой конкуренции», не говоря уже о принципе общей выгоды.
