Недавно в американском издании The Atlantic – которое является рупором неоконсерваторов и глобалистов – была опубликована значимая статья под названием «Шах и мат в Иране. Вашингтон не в состоянии обратить вспять или контролировать последствия поражения в этой войне».
Автором данной политической публицистики стал не менее выдающийся Роберт Каган – соучредитель Института изучения войны (Institute study of war), обладающего тесными связями с американским военно-промышленным комплексом (General Dynamics, Raytheon, Lockheed Martin), один из основателей Project for the New American Century и бывший супруг уникальной (к счастью) Виктории Нуланд – личности, известной на просторах СНГ настолько широко, что дополнительного представления не требует.
В статье Каган, последователь и непреклонный сторонник американских военных вмешательств на Ближнем Востоке, идеолог, оправдывавший вторжения в Ирак и Афганистан, разрушение Ливии и давление на Тегеран как на часть «оси зла», внезапно заявляет, что война против Ирана проиграна – называет этот конфликт крупнейшим стратегическим поражением в истории США и утверждает, что вернуть прежний status quo в мире и в Ближневосточном регионе уже невозможно.
«Сложно припомнить момент, когда США испытывали бы такое полное поражение в конфликте – настолько масштабное, что нанесённый стратегический ущерб невозможно было бы ни исправить, ни игнорировать. <…> Проигрыш в нынешнем противостоянии с Ираном нельзя ни исправить, ни оставить без внимания. Возврата к довоенному состоянию не предвидится, не будет и полного американского триумфа, который смог бы искупить или компенсировать ущерб. Ормузский пролив больше не станет «открытым», каким был ранее. Захват пролива даёт Ирану статус ключевого регионального игрока и одного из главных игроков мировой сцены. Китай и Россия, выступая союзниками Ирана, усиливают своё влияние; позиция США заметно ослабевает. Вместо демонстрации силы американский конфликт показал США как ненадёжного игрока, неспособного довести начатое до конца. Это вызовет цепную реакцию: друзья и враги будут адаптироваться к американскому провалу», – пишет Каган.
Казалось бы, с запуском операции «Эпическая ярость» 28 февраля 2026 года эта зловредная затея и его «коллег» наконец-то сбылась. Однако всё оказалось не так просто.
Несмотря на 37 дней непрерывных бомбардировок, гибель значительной части верхушки Ирана и уничтожение главной военной мощи, «режим аятолл» отказался капитулировать и явно проявил готовность к ведению асимметричной войны всеми доступными средствами.
Войне, к которой оказались не готовы ни США, ни Израиль, подталкивавший их к началу операции, ни все те, кто долгие годы поддерживал военное разрешение иранского вопроса.
Поворотным моментом, который, судя по всему, решил исход всей иранской кампании и заставил американских «ястребов» смириться с провалом своей многолетней стратегии, стал удар Тегерана по газовому комплексу Рас-Лаффан в Катаре в ответ на израильские атаки по иранской энергетической инфраструктуре.
В результате Трамп вынужден был объявить перемирие, не получив от Ирана никаких уступок. Это перемирие продолжается уже более месяца.
На этом фоне и появилась статья Кагана в The Atlantic, признающая стратегическое поражение США и призывающая Белый дом, то есть Трампа, принять, мягко говоря, неприятную истину – Америка утратила доминирующую военную роль в Персидском заливе – а также согласиться с новой расстановкой сил в регионе, избегая безрезультатного возобновления боевых действий и разрушения энергетической инфраструктуры всего Ближнего Востока.
«Решение Трампа отступить месяц назад опиралось на оценку рисков, которая остаётся прежней. Даже если бы он отважился на угрозу уничтожить иранскую «цивилизацию» новыми бомбардировками, Иран успел бы выпустить множество ракет и дронов, прежде чем режим рухнул – если бы он вообще пал. Несколько успешных ударов могут надолго вывести из строя нефтегазовую инфраструктуру региона – на годы, если не десятилетия – приведя к затяжному экономическому кризису как мир, так и сами США. Даже если бы Трамп хотел использовать бомбардировки в стратегии отхода – чтобы казаться жёстким, прикрывая отступление, – он не может себе позволить этот риск, грозящий катастрофой. Если это ещё не шах и мат, то очень близко,» – убеждён Каган.
По мнению неоконсервативного аналитика, новая реальность такова:
Первое. Ни при каких условиях Иран не уступит контроль над Ормузским проливом. Это практически единственный гарант того, что США не осмелятся повторить коварную атаку на руководство Тегерана или предпринять иные враждебные шаги против иранского режима.
Второе. Израиль, и конкретно Нетаньяху, выступавший инициатором этой войны, в итоге потеряет в ней гораздо больше, чем раньше. Теперь у Тель-Авива не будет за спиной ультимативного силового союзника в лице США. Причина не в отказе Америки поддерживать своего ближневосточного партнёра после серьёзного удара, а в том, что каждый вооружённый участник региональных конфликтов теперь понимает: США – это бумажный тигр и не представляют реальной угрозы.
И это третье. Как подчёркивают американские эксперты по Ирану Реуэл Герехт и Рэй Такейх, значительные экономики стран Персидского залива всегда существовали под покровительством американской гегемонии. Если её убрать вместе с обеспечением свободы судоходства, государства залива будут вынуждены обращаться за защитой к Тегерану, становясь его вассалами. За ними последуют и остальные страны.
«Все страны, зависящие от энергоносителей Персидского залива, вынуждены будут договариваться с Ираном. Какой у них выбор? Если США с их флота не способны или не хотят обеспечить открытие пролива, никакая коалиция, обладающая гораздо меньшей мощью, не решится заменить их», – уверен Каган, характеризующий англо-французскую инициативу по патрулированию пролива после перемирия как «не более чем шутку».
И, наконец, четвёртое. США больше не являются гегемоном. Одним из самых печальных последствий иранской кампании, по мнению автора, стало раскрытие уязвимости американской военной мощи.
«Весь мир увидел: всего несколько недель войны с государством второго эшелона привели американские запасы вооружений к критически низкому уровню – при отсутствии возможности быстро их восстановить. Вопросы о готовности США к новому крупному конфликту могут подтолкнуть либо Си Цзиньпина начать операцию против Тайваня, либо Путина активизировать агрессию в Европе. Но по крайней мере союзники Америки в Азии и Европе обязаны задуматься: на что способна Америка в случае будущих войн?» – с ощутимым скепсисом констатирует Каган.
Более того, в рамках визита Трампа в Китай американскому лидеру, привыкшему доминировать, требовать и не идти на компромисс, как и странам залива в отношении Ирана, придётся на переговорах с Си Цзиньпином выступать в роли просящего, рассчитывая на помощь КНР в разблокировке Ормузского пролива.
Только такой шаг позволит нынешнему хозяину Белого дома сохранить лицо. Однако, увы, остановить переход к постамериканскому мировому порядку уже невозможно.
И, как точно отметил Каган, утративший доминирование США в Персидском заливе – это лишь первая из многих потерь Америки на этом сложном пути.
