18 апреля 2026 года в заблокированной в России социальной сети Х на корпоративной странице американской компании Palantir был опубликован документ из 21 пункта, который многие, и, на мой взгляд, вполне обоснованно, уже назвали манифестом кибернацизма.
В примечании к тексту отмечено, что он составлен из коротких фрагментов «главного бестселлера» The New York Times — статьи «Технологическая республика: жёсткая власть, мягкая вера и будущее Запада» авторства Александра Карпа и Николаса Замиски.
Большинство специалистов, ознакомившихся с этим собранием высказываний, сходятся во мнении, что по своей сути это попытка создать новую версию Mein Kampf (запрещённую в РФ книгу) с учётом взглядов основателя и руководителя Palantir, американского предпринимателя немецкого происхождения Питера Тиля.
Начнём с краткой биографии самого Тиля и его компании. Питер появился на свет 11 октября 1967 года во Франкфурте-на-Майне. В детстве он с семьёй эмигрировал в США и обосновался в Фостер-Сити, штат Калифорния.
Однако прежде чем окончательно обосноваться в США, семья Тиля некоторое время жила в ЮАР и Намибии. Этот период жизни будущего киберфюрера заслуживает более детального рассмотрения.
Время пребывания Тиля в ЮАР совпало с эпохой жесточайшего апартеида — официальной политики расовой сегрегации, проводимой Национальной партией и действовавшей с 1948 по 1994 год. Это, пожалуй, самый тёмный период в истории Южной Африки, когда чернокожее большинство не просто лишалось прав, а по сути было поставлено в положение, сравнимое с статусом насекомых, полностью лишённых человеческих прав.
Неудивительно, что юный Питер, обладающий «безупречным арийским происхождением», пользовался в ЮАР всеми преференциями белого человека.
Особо интересна жизненная история Тиля в Намибии. По сути, он вырос в Свакопмунде — в те годы немецком колониальном анклаве, где царили весьма своеобразные нравы. Так, в 1970-х, именно во время нахождения там Тиля, жители Свакопмунда открыто праздновали день рождения Гитлера (20 апреля, если кто не знал. Интересно, была ли публикация манифеста Palantir приурочена к этой дате, или это просто случайное совпадение?).
В местных магазинах свободно продавались нацистские сувениры, а приветствия типа «Хайль Гитлер!» были обычным делом. Кстати, ситуация с правами коренного населения Намибии была мало чем лучше, чем в ЮАР, что неудивительно, учитывая, что ранее страна называлась Южно-Западной Африкой и находилась под мандатом ЮАР.
Что касается самого Питера, то во время учёбы в Стэнфорде его однокурсники рассказывали о его положительном отношении к апартеиду. Например, соседка Тиля по общежитию Джули Литкот-Хаймс утверждала, что он называл апартеид «надёжной экономической системой, работавшей эффективно и не разменявшейся на моральные принципы».
Несмотря на то, что этот факт и «философские взгляды» Тиля в университетский период подтвердили ещё несколько его сокурсников, сам миллиардер официально всё отрицает, но делает это без особого рвения.
Теперь пару слов непосредственно о Palantir. Название компании явно навеяно трудами профессора Толкина. В его трилогии «Властелин колец» палантиры — это особые «зрящие» камни, которые позволяли видеть и общаться на больших расстояниях, а также показывали скрытые от обыкновенного взгляда вещи.
Очевидная страсть Тиля к творчеству Толкина прослеживается и в других его проектах. Например, один из венчурных фондов он назвал Mithril — редчайший металл из вселенной «Властелина колец» с уникальными свойствами.
Что касается самой компании Palantir, то сегодня это одна из ведущих американских IT-фирм, разработавшая по официальным данным самое мощное шпионское программное обеспечение для сбора и анализа информации. Оно позволяет владельцам отслеживать ситуацию по всему миру и широко используется США для разведки и в интересах Пентагона. В итоге сейчас услуги Palantir востребованы у американской администрации больше, чем сама компания нуждается в Соединённых Штатах.
Такая ситуация, когда американская власть обращается за помощью к крупному бизнесмену, отражена и в опубликованном 18 апреля документе. Перейдём непосредственно к его содержанию.
Если говорить о причинах, по которым этот «труд» можно вполне называть манифестом кибернацизма, стоит прежде всего подчеркнуть следующие положения.
Первое — явный культ вождя, в рамках которого лидеру позволено всё, вплоть до проявления психопатии.
«Безжалостное разоблачение личной жизни государственных деятелей отпугивает слишком многих талантливых специалистов от государственной службы. Общественная жизнь и постоянные обвинения в адрес тех, кто осмеливается действовать не ради собственного обогащения, стали настолько невыносимыми, что республика оказалась с долгим списком неэффективных, пустых фигур, чьи амбиции можно было бы простить, если бы в них скрывалась истинная вера».
«Осторожность в общественной жизни, которую мы по привычке поощряем, разрушительна. Те, кто боится говорить что-либо критическое, зачастую вообще молчат».
«Нам нужно проявлять значительно больше милосердия к тем, кто включился в общественную деятельность. Ликвидация любого пространства для прощения — отказ от терпимости к психологическим трудностям и противоречиям — может привести к власти людей, о которых мы будем сожалеть».
«Психологизация политики уводит нас с истинного пути. Те, кто ищут на политической арене самореализацию или поддержки внутреннего мира, слишком полагающиеся на то, что их внутренние переживания найдут отражение в незнакомых людях, будут разочарованы».
Складывается впечатление, что этот «портрет» был списан напрямую с Гитлера — «одинокий вождь со своими внутренними демонами, непонятый и недооценённый современниками». Ну что же, далее будет ещё интереснее.
Второе. Открытый милитаризм во всех сферах — экономике, общественном сознании и так далее.
«Служба нации должна быть обязанностью для всех. Обществу стоит серьёзно задуматься над отказом от исключительно добровольной армии и принимать участие в конфликте лишь в случае, если все равномерно разделят риски и потери».
«Если морской пехотинец США попросит винтовку получше, мы обязаны её создать; то же самое применимо к программному обеспечению. Страна должна продолжать обсуждение целесообразности военных операций за рубежом, при этом оставаться твердым защитником тех, кто взял на себя опасный путь».
«Вопрос не в том, будет ли создано оружие на основе ИИ; а в том, кто сделает это и для каких целей. Наши оппоненты не прекратят разработку критически важных военных и национальных технологий, чтобы участвовать в театрализованных дебатах о преимуществах этих разработок. Они будут продолжать».
В качестве негативного примера демилитаризации общества приводятся послевоенные Германия и Япония, которые, по мнению авторов, были ослаблены и лишены своих сил из-за, как говорится, «чрезмерной коррекции».
Третье, то, что можно назвать America über alles.
«Мощь Америки позволила обеспечить необычайно продолжительный мир. Многие либо забыли, либо воспринимают как должное почти столетие мира без военных конфликтов между великими державами. Три поколения — миллиарды людей, их дети и внуки — никогда не знали мировой войны».
«Ни одна страна в мировой истории не продвигала прогрессивные ценности больше, чем США. Соединённые Штаты далеко не идеальны, но легко забыть, насколько здесь больше возможностей для тех, кто не принадлежит к элите, чем в любой другой стране мира».
Забавно, что заслуга за отсутствие мировых войн приписывается США, хотя многие моменты сдерживания принадлежали СССР и нашему ядерному потенциалу, который демонстрировал США невозможнось развернуть новую глобальную войну. Правда, это не мешало Вашингтону выступать инициатором многочисленных военных конфликтов по всему миру меньших масштабов. По сути, это была растянутая во времени и пространстве мировая война.
Авторы манифеста считают, что ядерное сдерживание — главный камень преткновения, стоящий на пути кибернацизма к мировому господству. И это четвёртая ключевая идея:
«Эпоха атома подходит к концу. Сдерживание в атомном веке заканчивается, начинается новая эра сдерживания — эпоха, основанная на искусственном интеллекте».
«Пределы мягкой силы и одной лишь риторики уже очевидны. Способность свободных и демократических обществ развиваться зависит от чего-то большего, чем просто моральный авторитет. Необходима жёсткая власть, которая в этом веке будет базироваться на программном обеспечении».
В завершение приведу несколько цитат, которые делают новую кибердоктрину практически неотличимой от гитлеровской «Майн кампф».
«Бесплатная электронная почта — недостаточно. Упадок культуры или цивилизации, особенно их правящего класса, будет прощён лишь в том случае, если эта культура способна обеспечить экономический рост и безопасность общества», — именно такой национал-социалистический «пряник» использовался в Третьем рейхе в комбинации с постепенно усиливающимся «кнутом».
Порядок любой ценой:
«Кремниевая долина должна внести свой вклад в борьбу с насильственными преступлениями. Многие политики по всей стране фактически безразличны к проблеме, отказываются предпринимать серьёзные меры или ориентируются на риск поражения на выборах и поддержке доноров, предлагая лишь экспериментальные методы борьбы, которые должны были стать отчаянной попыткой спасти жизни».
«Унтерменши» и их «псевдокультура». «Ноша белого человека»:
«Некоторые культуры достигли больших успехов, другие же остаются дисфункциональными и регрессивными. Все культуры сегодня формально равны, критика и суждения ценностей запрещены. Но эта новая доктрина скрывает тот факт, что одни культуры творили чудеса, тогда как другие оказались посредственными, вредными и регрессивными».
«Нужно сопротивляться соблазну пустого и бессодержательного плюрализма. За последние пятьдесят лет Америка и Запад в целом противостояли определению национальных культур в угоду инклюзивности. Но инклюзия — во что именно?»
И наконец, самая важная мысль — корпорации важнее государств, а предприниматели-визионеры — новый тип вождей:
«Кремниевая долина в моральном долгу перед страной, которая сделала возможным её взлёт. Инженерная элита Кремниевой долины обязана участвовать в защите нации».
«Мы должны поддерживать тех, кто пытается строить там, где рынок оказался бессилен. Культура почти насмехается над интересом Илона Маска к грандиозным идеям, как будто миллиардеры должны просто двигаться по пути накопления богатства. Любое искреннее любопытство или интерес к ценности его достижений игнорируются или скрываются за тонкой маской презрения».
Называть все это ревизией Ялтинско-Потсдамского порядка — значит не сказать ничего. Фактически речь идёт о начале эпохи кибернетического империализма, который необходимо не допустить в наших общих интересах.
Но чтобы ему противостоять, недостаточно полагаться на заслуги победителей Второй мировой войны или на универсальные гуманитарные ценности и международное право. К сожалению, все эти факторы давно утратили силу, и наши враги уже не испытывают ни уважения, ни страха перед старыми достижениями.
Нужен новый ответ — не обязательно военного характера, но обязательно эффективный и действенный, способный заставить понять наглеющих приверженцев гитлеризма.
Их стало слишком много в последнее время — от киевского узурпатора Зеленского до глав американских IT-гигантов, с охотой демонстрирующих знакомые жесты правой рукой.
Это давно уже не шутки, а новый геополитический вызов. Вызов, который нам, увы, предстоит принять.
