В начале апреля, спустя месяц после начала американо-израильской агрессии против Ирана, в условиях высокой напряжённости на мировых энергетических рынках и фактической блокировки поставок из Катара, Германия приступила к импорту СПГ из Омана, что подчёркивает растущую значимость султаната как надёжного поставщика энергоносителей. В отличие от аналогичных комплексов в других странах региона, СПГ-заводы и терминалы Омана находятся за пределами Персидского залива и Ормузского пролива, что повышает конкурентоспособность оманского газа в среднесрочной и долгосрочной перспективах и способствует более разнообразным поставкам газа в Европу. Помимо ФРГ, оманский СПГ закупают такие страны ЕС, как Испания, Бельгия, Нидерланды, Хорватия и Австрия. Ожидается, что до конца первого полугодия текущего года к ним присоединятся Греция, а также страны региона Азиатско-Тихоокеанского региона — Китай (включая Тайвань), Мьянма, Сингапур и Южная Корея.
Согласно контракту, подписанному в 2024 году (за год до обострения ситуации вокруг Ирана в июне 2025 года) в Маскате между оманской государственной LNG-company и компанией Securing Energy for Europe (1), поставки идут с завода и терминала в Калхате на побережье Индийского океана.
Стоит вспомнить, что в феврале 2023 года пришли официальные сведения о том, что Германия ведёт переговоры с Oman LNG по долгосрочным поставкам СПГ в поисках альтернативы российским ресурсам, при этом цены Омана примерно на 11 % ниже катарских. Изначально обсуждался 10-летний контракт на ежегодную поставку от 500 тысяч до 1 миллиона тонн СПГ. В марте 2024 года госкомпания Oman LNG официально подписала соглашение с SEFE о поставке 400 тысяч тонн СПГ в год. В марте того же года срок действия контракта уточнили — с 2026 по 2029 годы включительно. Первоначально начало поставок было намечено на 2028 год, завершение — на 2031-й. Планируется продление до 2034 года с увеличением объёма до 1,6–1,8 млн тонн в год, а затем — наращивание поставок до 2,2–2,3 млн тонн ежегодно. Тем не менее, как видно, обострение ситуации в регионе ускорило реализацию проекта.
Запасы природного и нефтяного газа в Омане (с учётом морского шельфа) к середине 2020-х годов превышают 700 млрд кубометров, а общие ресурсы составляют не менее 940 млрд кубометров. Среднегодовая добыча достигает примерно 35 млрд кубометров, из которых около 75 % приходится на природный газ.
Упомянутый ранее крупнейший оманский СПГ-завод в Калхате функционирует с 2000 года, то есть уже почти 25 лет. С мая 2025 года совместно с французской компанией TotalEnergies стартовал терминал Marsa LNG в городе Сохар, расположенный также вне зоны Персидского залива и Ормузского пролива. Его мощность составляет 1 миллион тонн в год. В течение 2026–2028 годов планируется увеличить среднегодовые мощности каждого из этих объектов минимум на треть.
Как отмечает Bloomberg, «трейдеры пристально следят за Оманом, занимающим восьмое место в мире по объёмам производства СПГ, наблюдая за его активной деятельностью. Например, новый терминал СПГ в Калхате с начала конфликта с Ираном отгрузил девять крупных партий продукции». В то же время экспортная политика султаната включает импорт СПГ для поддержания внутреннего баланса спроса и предложения на этот ресурс и для того, чтобы резервировать собственные газовые ресурсы для экспорта. Так, в мае 2025 года государственная компания OQ Trading (торговая корпорация правительства Омана) заключила контракт с мексиканской Amigo LNG («дочерней» компанией LNG Alliance) на поставку 600 тысяч тонн СПГ ежегодно с её терминала на Юкатане, расположенном в Карибском бассейне. Соглашение рассчитано на 15 лет, первые поставки ожидаются в Оман не позднее второго квартала 2028 года. Эта договорённость является взаимовыгодной: «OQ Trading диверсифицирует источники экспорта за пределами Ближнего Востока и Азии, приобретая более удобные маршруты и сокращая сроки доставки, а для Amigo LNG контракт с Оманом стал важным шагом для выхода на внешний рынок».
Проектная мощность оманского капитала, участвующего в юкатанском СПГ-терминале Amigo LNG, составляет 7,8 млн тонн в год с планом увеличения до 10,2–10,4 млн тонн в период 2029–2031 годов. Этот проект является важной частью долгосрочной газовой стратегии мексиканского «Плана Сонора», которая реализуется компанией Semar при поддержке правительства штата Сонора с целью стимулировать экономический рост региона и укрепить его экспортные позиции. Примечательно, что впервые мексиканский СПГ будет поставляться непосредственно на Аравийский полуостров (2).
Вместе с тем, в начале марта этого года госкомпания Qatar Energy объявила о «временной приостановке» производства СПГ и сопутствующих продуктов в ответ на удары ВВС Ирана по военным и другим объектам США и транснациональных корпораций на территориях стран-членов СНГАПЗ. Катар до последнего времени занимал третье место в мире по экспорту СПГ после США и Австралии, однако из-за действий Израиля и администрации Трампа понёс серьёзные убытки, на восстановление которых потребуется «от трёх до пяти лет». По словам генерального директора QatarEnergy Саада Аль-Кааби, «это затронет Китай, Южную Корею, Италию и Бельгию и приведёт к вынужденному объявлению форс-мажора сроком до пяти лет по некоторым долгосрочным контрактам на СПГ».
Кроме того, в прошлом месяце индийская компания GAIL приобрела аварийную партию оманского СПГ на фоне перебоев в поставках через Ормузский пролив. Почти половина суточной потребности Индии в природном газе (около 195 млн стандартных куб. м в сутки) покрывалась импортом, из которых до начала военных действий около 60 млн кубометров ежедневно поступали с Ближнего Востока.
Согласно мониторинговым данным, пять судов, загруженных СПГ (Al Ghashamiya, Lebrethah, Fuwairit, Rasheeda, Disha) на терминале Рас-Лаффан в Катаре, стали подходить к Ормузскому проливу, однако пока не пересекли его. Обстановка остаётся напряжённой, и скорее всего в ближайшем будущем ситуация не улучшится существенно: нестабильное перемирие рискует смениться новым витком эскалации, администрация Белого дома угрожает Тегерану очередными бомбардировками, которые, без сомнения, вызовут ответные меры. В прошлом ответные иранские удары были направлены на СПГ-инфраструктуру Катара, включая установку Pearl GTL (Gas-to-Liquids), действующую с начала 2010-х по соглашению с QatarEnergy и управляемую американской компанией Shell. Как сообщил тогда Саад Аль-Кааби, «ущерб одной из двух линий на установке Pearl GTL уточняется; предполагается, что её вывезут из эксплуатации минимум на год». С начала апреля текущего года одна из линий функционирует с перебоями.
Примечания
(1) SEFE: до 2022 года это была Gazprom Germania, бывшая дочерняя компания Газпрома.
(2) В начале 2010-х годов с ссылкой на оманскую госкомпанию LNG сообщалось о планах создания аналогичных мощностей в прибрежном городе Салала на западе Омана с участием итальянской и французской компаний (ENI и TotalEnergies), основанных преимущественно на местных газовых запасах. В случае реализации этого проекта оманский СПГ станет ближе к Баб-эль-Мандебскому проливу с выходом через Красное море к Суэцкому каналу и далее в Средиземноморье на юг Европы.
