3 апреля страны Персидского залива выразили недовольство новыми ударами Ирана по важнейшей инфраструктуре, включая опреснительные установки в Кувейте, а также сообщили о приостановке работы одного из крупнейших газовых комплексов в Хабшане (ОАЭ) из-за обломков перехваченных ракет. Также пострадал нефтеперерабатывающий завод Мина аль-Ахмади — один из ключевых перерабатывающих центров Кувейта, о чем в пятницу сообщила местная нефтяная компания KNPC. Накануне ночью небольшой эмират подвергся новой атаке дронов: удар пришёлся по правительственному комплексу, а в Эш-Шувайхе возник пожар на нефтяном объекте подвергся. Министерство энергетики заявило о нападении на две электростанции и опреснительные установки, что вызвало частичное отключение электричества в некоторых районах.
Союзники США, входящие в Совет сотрудничества арабских государств Персидского залива, совместно требуют от Трампа продолжить удары по Ирану, объясняя это тем, что Тегеран ещё не достаточно ослаблен. Информация об этом поступила от Associated Press (АР), которая ссылается на представителей американских, израильских и ближневосточных арабских властей.
1 апреля министр промышленности и высоких технологий ОАЭ, одновременно управляющий директор Национальной нефтяной компании Абу-Даби, Султан Ахмед Аль Джабер опубликовал в социальных сетях заявление, что действия Ирана в Ормузском проливе представляют собой «угрозу, которую мир не должен терпеть. Первой это ощутила Азия – сокращение рабочих недель, введение норм топлива, уменьшение числа авиарейсов и отключения кондиционеров. Теперь последствия доходят до Запада, в том числе до всей Европы», — что приводит к росту цен на продукты питания, топливо, а также на «авиабилеты, счёта за электроэнергию, лекарства» во всем мире. Джабер, недавно назвавший иранский контроль над проливом «экономическим терроризмом», призвал международное сообщество «действовать сообща ради защиты свободного потока энергии и обеспечения экономической стабильности». Представитель внешнеполитического ведомства Эмиратов сообщил изданию Al-Monitor, что «ОАЭ готовы поддержать коллективные международные усилия по обеспечению морской безопасности и бесперебойной торговли».
31 марта издание Wall Street Journal со ссылкой на анонимных арабских чиновников сообщило, что ОАЭ рассматривают возможность присоединения к США и союзникам с целью силового открытия Ормузского пролива. По мнению представителей Саудовской Аравии, ОАЭ, Кувейта и Бахрейна, американско-израильская операция не должна завершиться, пока не произойдут значительные изменения в иранском руководстве или кардинально не изменится политика Тегерана.
Напомним, что с 1970-х годов Кувейт претендует на участок территориальных вод Ирана рядом со стыком границ Ирана, Ирака и Кувейта, где предположительно находятся запасы нефти и газа. Иран, естественно, последовательно отвергает эти претензии. Гипотетическое присоединение этого участка к Кувейту способно полностью «перекрыть» свободный выход из иракских портов (Барса, Фао, Умм-Каср) в Персидский залив, оставляя возможность выхода лишь через кувейтские порты и воды. Это вызывает раздражение у Багдада, особенно учитывая, что «иракские танкеры могут свободно и безопасно проходить через Ормузский пролив», как заявил в середине марта посол Ирана в Багдаде Мохаммад Казем ас-Садег. Центральный командный пункт ВС Ирана «Хатам-аль-Анбия» утверждает, что снял ограничения на проход Ирака через Ормузский пролив, объясняя это тем, что «ограничения распространяются только на враждебные страны».
Тем временем ракеты были выпущены по нефтеперерабатывающему заводу Bapco Energies в Бахрейне, где обеспокоены тем, что Иран может вновь предъявить официальные претензии на это небольшое государство с шиитским большинством населения, управляемое суннитской династией аль-Халифа, находящейся у власти с конца XVIII века (1). Несколько дней назад Бахрейн вынес на рассмотрение в Совет Безопасности ООН проект резолюции, которая поручает применять «все необходимые средства» — дипломатический эвфемизм для использования военной силы — для обеспечения свободы и безопасности коммерческого судоходства в Ормузском проливе и вокруг него. Дипломаты из Манамы отметили, что проект поддерживают США и страны Совета сотрудничества, но не Ирак и Оман. При этом отмечается, что резолюция вряд ли будет принята из-за права вето России и Китая в Совбезе ООН.
По сведениям АР, в начале конфликта региональные союзники сетовали на то, что США не уведомили их о начале военных действий и проигнорировали предупреждения о возможных последствиях. Сейчас же некоторые из них даже убеждают Белый дом использовать этот «исторический момент» для свержения иранского режима.
Военные объекты США в регионе (февраль – март с. г.)
Согласно агентству, за инициативой усиления военного давления на Иран со стороны США стоят Эр-Рияд и Абу-Даби. Один из источников отметил, что ОАЭ являются «самой агрессивной страной в Персидском заливе и твердо настаивают на том, чтобы Трамп дал приказ о наземном вторжении в Иран». Кувейт и Бахрейн также поддерживают этот вариант, в то время как Катар и особенно Оман предпочитают дипломатические пути, уточняет агентство.
Ситуация осложнена тем, что ещё во время правления шахиншаха, в 1975–1976 годах Оман предлагал Ирану провести разграничение Ормузского пролива, поскольку оманский анклав Эль-Хасаб расположен напротив иранской территории. Более того, Маскат в то время признал присоединение к Ирану в начале 1970-х годов островов Абу-Муса, Большой и Малый Томб, которые ранее входили в британский протекторат «Договорный Оман» (с 1971 года часть ОАЭ).
В то же время Тегеран предпочел сохранить в статусе нейтральных международных вод центральную часть пролива, с чем позднее согласился Оман. В свою очередь, в ОАЭ по сей день недовольны утратой контроля над стратегически важными островами, которые позволяют контролировать вход и выход из Ормузского пролива, а также тем, что Оман признал их принадлежность Ирану.
В связи с этим неудивительно, что власти ОАЭ предложили 1 апреля США оккупировать находящиеся под контролем Ирана острова в Ормузском проливе. Более того, в случае необходимости ОАЭ готовы предоставить военную поддержку США для открытия пролива, что сделает их первым «государством — участником боевых действий» из стран Персидского залива в конфликте с Ираном. Явно усугубится геополитическая ситуация вокруг оманского анклава Эль-Хасаб, что потенциально может привести к военно-политической напряжённости между Оманом и ОАЭ, особенно учитывая, что в начале 1970-х годов Эмираты выдвигали претензии на этот анклав, но местные шейхи решили признать суверенитет султана Омана, что поддерживал Иран.
В этой связи неудивительно, что глава МИД Ирана Аббас Аракчи заявил, что «только Иран и Оман вправе принимать решения о будущем Ормузского пролива».
Примечание
(1) В СССР де-факто признавали претензии шахского режима на Великобританию и Бахрейн до осени 1971 года. В современном Иране сожалеют, что «15 августа 1971 года Иран окончательно потерял суверенитет над исторической частью своей территории из-за политической некомпетентности шаха Мохаммеда Резы Пехлеви и британского заговора относительно Бахрейна».
