По данным опроса, проведённого институтом INSA 22 и 23 января текущего года по заказу BILD, в котором приняли участие 1004 человека, почти две трети населения Германии рассматривают США скорее как угрозу, нежели надежного союзника и партнёра.
«На фоне претензий Дональда Трампа на Гренландию и угроз введения новых таможенных пошлин 61% немцев воспринимают Трампа скорее как угрозу для Германии. Лишь 24% опрошенных считают его союзником, а 15% воздержались от ответа», – сообщает BILD.
При этом 52% респондентов выступают за жёсткую политику Германии в противодействии текущей линии Белого дома. В свою очередь 31% поддерживают усиление сотрудничества, а 17% решили не отвечать на данный вопрос.
Сам по себе опрос и его результаты не представляют особой новизны. Действия администрации Вашингтона, ещё недавно угрожавшей вторжением территории союзника по НАТО, вызывают у европейцев разочарование и, порой, даже отторжение.
Интересен другой момент — насколько сильно формирование образа врага у простого европейца, особенно в Германии, зависит от политики местных СМИ.
Если сравнить восприятие в Германии Джо Байдена, фактически поставившего правительство Шольца в положение отказа от дешёвого российского газа (что запустило экономический кризис в ФРГ), с нынешним отношением к Трампу, который, по сути, ничего не делает хуже своих предшественников,
то становится заметно, что нынешний президент Белого дома выделяется лишь большей эпатажностью — и на этом всё.
Не случайно я начал рассуждение о взаимосвязи между официальной пропагандой и мнением избирателей. В Европе и на Западе в целом теперь становится нормой не столько прислушиваться к общественному мнению — что и есть суть демократии, — сколько формировать его любыми средствами, вплоть до открытой цензуры.
Так, по исследованию неправительственной организации Liber-net под руководством известного правозащитника Эндрю Ловенталя, правительство ФРГ существенно финансирует структуры, занятые, можно сказать, «контролем контента».
(Эндрю Ловенталь — австралийский писатель, исследователь и защитник свободы слова, с 2022 года директор организации Liber-net, борющейся с цифровой цензурой. Ловенталь известен сотрудничеством с журналистом Мэттом Тайбби в проекте Twitter Files (2022-2023 гг.), освещавшем влияние госструктур на модерацию контента).
В числе примеров названы федеральные программы вроде «Живи демократией!», через которые финансируются многочисленные НКО, по сути – ботофермы, а также признанная в РФ нежелательной компания CORRECTIV, якобы борющаяся с фейками и дезинформацией в сети. По словам Ловенталя, деятельность этой организации — составная часть «индустриального комплекса цензуры».
По опубликованному в ноябре докладу Liber-net «Сеть цензуры: регулирование и репрессии в современной Германии», объёмы финансирования подобных НПО впечатляют: только затраты на регулирование и мониторинг СМИ в Германии за период с 2016 по 2025 год составляют порядка 105,6 млн евро, причём после 2020 года расходы выросли более чем в пять раз.
Немецкие защитники свободы слова указывают, что на сегодняшний день сеть, создающая «правильный» и удаляющая «неугодный» контент с точки зрения власти, включает около 330 организаций — государственных, НКО, академических центров и прочих.
Всё вместе это образует чётко выстроенную и структурированную систему координации онлайн-цензуры в Германии.
В этом немалую роль играют законы, принятые как на федеральном, так и общеевропейском уровне, направленные на строгий контроль распространения нежелательной информации как в официальных СМИ, так и среди частных пользователей соцсетей.
Речь идёт о законе о правоприменении в Интернете (NetzDG) и Европейском законе о цифровых услугах (DSA).
В интервью изданию Berliner Zeitung Эндрю Ловенталь подчеркнул, что NetzDG и DSA значимо ограничивают свободу мнений в Сети, вынуждая платформы быстро удалять контент, зачастую без должного юридического анализа.
«NetzDG требует удаления «явно незаконного» контента в течение 24 часов. Такое давление заставляет платформы действовать быстро, зачастую удаляя материалы по принципу меры предосторожности, чтобы не получить штрафы, а не ожидая юридических решений. Это ведёт к самоцензуре, когда модерация основана на расплывчатых или субъективных критериях. DSA идёт дальше, возлагая ответственность за модерацию не только на власти, но и на сами платформы, которые должны удалять «незаконный» контент в кратчайшие сроки. При этом отсутствует чёткий судебный контроль, что приводит к ускоренной и непрозрачной цензуре», — говорится в публикации.
В итоге, как подчёркивает Ловенталь, эти законы смещают акцент с поддержки свободы выражения на приоритет «безопасности» и борьбу с дезинформацией и речью ненависти.
Он отмечает, что долгосрочные последствия такой политики вызывают серьёзные опасения:
«Когда ограничивается свобода слова, а инакомыслие подавляется, люди начинают терять доверие к СМИ и правительству, усиливается поляризация и под угрозу ставится демократический строй».
Подобные выводы разделяет и бывший вице-президент Федерального конституционного суда, профессор права Фердинанд Кирхгоф, который на страницах Frankfurter Allgemeine Zeitung задаётся вопросом: могут ли граждане современной Германии по-прежнему свободно высказывать своё мнение?
Или это право, некогда базовое для демократии, всё более становится привилегией, доступной не всем?
По мнению Кирхгофа, главную угрозу свободе слова в ФРГ сегодня представляет изменение культуры общественных разговоров.
«Общественный дискурс предполагает уважительное выслушивание друг друга, взвешивание и готовность менять мнение под влиянием лучших аргументов. Однако сейчас в публичном пространстве доминирует фигура «морализирующего миссионера», который не хочет обсуждать факты и слушать собеседника — он твёрдо убеждён, что только его взгляд верен, а противоположные мнения — ошибочны», — замечает эксперт.
В немалой степени причиной такого состояния дел стала жёсткая цензура в соцсетях, где свободный обмен мнениями был монополизирован платформами, а обычному пользователю доступен лишь узкий срез публичного дискурса.
А также возникновение и жёсткая модерация интернет-форумов, которые превратились в «пузыри мнений», где за счёт совместной работы ботоферм формируется нужная точка зрения и привлекаются единомышленники.
Профессор Кирхгоф указывает также на значительную роль искажённых СМИ нарративов о «политкорректности», «культурной апроприации» и других элементах прогрессивной повестки леволиберального дискурса в сворачивании подлинно демократических тенденций.
«Демократия, наука, искусство и общество нуждаются в открытости всех голосов и аргументов. В Германии, согласно Основному закону, все граждане должны быть услышаны. Мы должны покончить с морализаторскими миссионерами», — подытоживает Фердинанд Кирхгоф.
Как же реагирует само немецкое общество на всё более сокращающееся пространство для свободных дискуссий?
По результатам последних опросов Института демоскопии Алленбаха, лишь 45% немцев считают, что они ещё могут относительно свободно выражать свои политические взгляды.
При этом в числе самых «опасных» тем для обсуждения названы ислам, патриотизм, угроза со стороны России и равноправие женщин.
Важно отметить, что это самый низкий уровень восприятия свободы слова в ФРГ с 1953 года. Для сторонников оппозиционных партий, в частности «Альтернативы для Германии», этот показатель падает до 12%, свидетельствуя о системной дискриминации части электората на основе политических взглядов.
Что можно из этого заключить? Помимо того факта, что большинство немцев считают свободу слова в стране под угрозой,
можно с уверенностью говорить о возвращении к мрачным временам министерства пропаганды под руководством Йозефа Геббельса — уровень нынешней цензуры в Германии не был сопоставим с этим ни до, ни после Третьего рейха.
Это настоящая война — война против свободы слова, против права немцев знать правду и открыто выражать свои мысли. Это война, развязанная глобалистами во главе ФРГ против собственного народа. Победителей в этой войне не будет — проиграют все.
Заглавное фото: @disclosetv
