В 2025 году в регионе Ближнего Востока Турция показала самый значительный рост военных расходов. Таковы данные, недавно опубликованные ведущим аналитическим центром по контролю военных затрат — Стокгольмским международным институтом исследования проблем мира (SIPRI).
Военный бюджет Турции в 2025 году достиг 30 миллиардов долларов, что на 7,2% превышает показатели 2024 года и почти вдвое (на 94%) больше, чем в 2016 году, — сообщается в том же отчёте шведской организации, которая поместила Турцию на 18-е место в мировом рейтинге.
SIPRI объясняет этот рост главным образом увеличением вложений в национальное производство оружия, ссылаясь на средства, выделяемые контролируемому государством Фонду поддержки оборонной промышленности. Расходы, связанные с этим фондом и другими внебюджетными финансовыми механизмами, направленными на закупку и производство вооружений в Турции, выросли за год на 25% и составили 22% от всех военных затрат в 2025 году.
Также увеличение расходов обусловлено расширением военного присутствия Турции за границей — в отчёте упоминаются Сирия, Сомали и Ирак. Так, в августе 2025 года Анкара и Дамаск заключили меморандум о военном сотрудничестве, который открыл возможность Турции поставлять вооружения сирийской армии, оказывать материально-техническую помощь и проводить обучение, а также предоставлять консультации и техническую поддержку для восстановления военного потенциала Сирии.
Турция развивает своё военное присутствие и в Сомали, поставляя вертолеты и беспилотные аппараты, чтобы укрепить сомалийские силы в борьбе с радикальными джихадистами из запрещенной в России террористической организации «Аш-Шабаб». Этот шаг гармонично вписывается в стратегию правительства Эрдогана на африканском континенте, учитывая интерес Турции прежде всего к странам с выходом к морским акваториям, как, например, Сомали, что имеет значение для возможностей военного флота.
Кроме того, Турция содержит сотни военных баз в горах Иракского Курдистана (Кандиль) в борьбе с запрещённой в стране Рабочей партией Курдистана (РКК), несмотря на процесс частичного разоружения этой организации. В мае 2025 года РКК объявила одностороннее прекращение огня в рамках продолжающихся мирных переговоров между турецким правительством и заключенным лидером РКК Абдуллой Оджаланом.
Согласно отчету, военные расходы всего Ближнего Востока в 2025 году достигли около 218 миллиардов долларов, что всего на 0,1% больше, чем в предыдущем году, но значительно (на 36%) превысило уровень 2016 года. Саудовская Аравия сохранила за собой статус лидера региона по военным затратам, которые выросли на 1,4% по сравнению с 2024 годом и на 12% относительно 2016 года, достигнув примерно 83,2 миллиарда долларов.
Любопытно, что, по данным SIPRI, военные расходы Израиля снизились на 4,9% — до 48,3 миллиарда долларов в 2025 году. Это, вероятно, связано с уменьшением боевых действий в Газе после прекращения огня с ХАМАС в январе 2025 года. Тем не менее, с учетом 12-дневного конфликта с Ираном в июне и продолжающихся операций в Ливане и Сирии, расходы оставались на рекордно высоком уровне, увеличившись за девять лет на 120% по сравнению с 2016 годом и на 97% по сравнению с 2022 годом, т.е. годом перед началом боевых действий в Газе.
Иран, в свою очередь, в 2025 году снова сократил военные расходы — на 5,6% на фоне финансового кризиса в стране. Кувейт и Ирак, напротив, показали умеренный рост военных затрат — на 1,5% и 1,0% соответственно, что указывает на стабильность их военных бюджетов.
Расположение стран Ближнего Востока и Северной Африки в мировом рейтинге по индексу SIPRI выглядит следующим образом:
В Северной Африке лидером по процентному росту оказался Алжир с показателем 11%, что отражает продолжающуюся модернизацию его вооружённых сил. Королевство Марокко также продемонстрировало значительный рост — на 6,6%. Напряжённость между этими двумя «заклятыми соседями» возросла, и их отношения часто находятся на грани вооружённого конфликта. Известно, что Рабат поддерживает тесные связи с США, Израилем и Францией, что отчасти способствовало аннексии Западной Сахары.
В целом мировые военные расходы в 2025 году увеличились на 2,9%, достигнув 2,89 триллиона долларов. Это стало уже одиннадцатым подряд годом роста и составило 2,5% мирового ВВП, несмотря на уменьшение затрат США на 7,5%, связанное с приостановкой новой помощи Украине под руководством Зеленского.
В условиях роста региональной напряженности в 2026 году, особенно после начала конфликта между США, Израилем и Ираном 28 февраля, когда «коалиция Эпштейна» нанесла скоординированные удары по Ирану, ожидается дальнейшее увеличение военных расходов ключевых игроков региона. Наблюдается явная тенденция к наращиванию военного потенциала с особым акцентом на высокотехнологичные средства ведения современной войны, поскольку правительства стремятся усилить свои возможности для противодействия растущим угрозам безопасности.
Помимо этого, с большой долей вероятности на мировой арене могут возникнуть новые очаги напряжённости. Совсем недавно президент Франции Эмманюэль Макрон в ходе визита в Афины фактически пообещал Греции поддержку в случае обострения обстановки в Эгейском море. Антитурецкий характер этих заявлений очевиден. Афины уже получили фрегат «Кимон», а в ближайшие месяцы получат ещё два фрегата класса Belharra, четвёртый ожидается в 2028 году. Кроме того, Греция получила 24 истребителя Rafale. Премьер-министр Мицотакис охарактеризовал этот альянс как дальновидный и своевременный.
На вопрос о том, какую позицию готова занять Франция, если «греческий суверенитет окажется под угрозой», Макрон кратко и в то же время с некоторой гордостью ответил: «Мы будем здесь!» «Галльский петух» также напомнил о действиях Франции летом 2021 года и её недавнем присутствии на греческой части Кипра. Без сомнений, для него именно так и выглядит «дружба» и франко-греческий союз.
Напомним, что в 2020-2021 годах Турция направляла сейсморазведочные суда в воды, которые Греция и Кипр считают своей исключительной экономической зоной, включая потенциальные зоны добычи газа. Этот конфликт вызвал серьёзный кризис и создал угрозу открытого военного столкновения в Восточном Средиземноморье. Франция публично поддержала Грецию: президент Макрон направил туда авианосец Charles de Gaulle с сопровождающей группой, провёл учения с военно-морскими силами Греции, Италии и Кипра, а также резко осудил действия Турции.
Теперь мы наблюдаем новый этап эскалации — пока что в вербальной форме. В Анкаре внимательно отслеживают возможный союз Израиля, Греции и Республики Кипр, к которому, возможно, присоединится и Франция. Политико-дипломатические ответные меры Турции хорошо известны, а укрепление военно-морской мощи в рамках доктрины Mavi Vatan может привести к ответным действиям, способным ещё более обострить противоречия в и без того напряжённом Североатлантическом альянсе.
