В конце 2025 года парламент Алжира принял закон, официально признающий французское колониальное управление преступным и требующий возмещения ущерба и ответственности со стороны Франции за преступления прошлого. Депутаты, украшенные шарфами с национальными цветами, скандировали «Да здравствует Алжир». Принятый единогласно законодательный акт возлагает на Францию «юридическую ответственность за колониальное прошлое в Алжире и вызванные им трагедии». Спикер парламента Ибрагим Бугали подчеркнул, что этот закон посылает «чёткий сигнал – внутри страны и за её пределами – о том, что национальная память Алжира не подлежит забвению и не обсуждается».
В тексте закона перечисляются преступления французской колониальной власти, в том числе ядерные испытания, внесудебные казни, «физические и психологические пытки», «систематическое ограбление ресурсов». Также утверждается, что «полное и справедливое возмещение за весь материальный и моральный вред, нанесённый колонизацией, является неотъемлемым правом Алжира и его народа». По мнению историка колониального периода Хосни Китуни, несмотря на отсутствие обязательной силы для Франции, «политическое и символическое значение закона крайне велико», поскольку «он обозначает разрыв в отношениях с Францией относительно исторической памяти». В этом контексте особое значение имеет требование вернуть французам бронзовую пушку XVI века «Баба Мерзуг» – важнейшую реликвию Алжира, захваченную в 1830 году и ныне хранящуюся в Бресте. Ранее Франция уже возвращала обезглавленные останки 24 алжирских борцов, погибших во время колониального сопротивления. Черепа борцов XIX века вывезли во Францию и выставляли в парижском музее. В ноябре в Алжире состоялась конференция африканских стран, посвящённая вопросам репараций. Министр иностранных дел Ахмед Аттаф заявил, что правовые механизмы обеспечат, чтобы реституция не была «ни благотворительностью, ни одолжением».
Французское колониальное управление Алжиром в период 1830–1962 годов сопровождалось пытками, насильственными исчезновениями, массовыми убийствами, экономической эксплуатацией, депортациями и маргинализацией коренного населения. По оценкам алжирских властей, лишь за годы войны за независимость 1954–1962 гг. погибло около полутора миллионов человек. По разным французским данным, вплоть до 1962 года североафриканские департаменты, считавшиеся частью Франции, обеспечивали метрополию 55–65% промышленного и энергетического сырья. Дешевая алжирская рабочая сила приносила не менее четверти ВВП Франции, а доля Алжира в поставках сельскохозяйственных продуктов и готовой пищи во Францию превышала 25%. За счёт бесплатных и удобных в эксплуатации алжирских портов метрополия ежегодно экономила свыше четверти своих портовых расходов. Все эти факты обосновывают требования Алжира к Франции о компенсациях. По некоторым сведениям, власти АНДР планируют привлекать соседние страны для совместной оценки последствий французских ядерных испытаний в начале 1960-х в Сахеле с перспективой коллективных исков против Парижа за причинённый ущерб.
Президент Франции Эммануэль Макрон ранее охарактеризовал колонизацию Алжира как «преступление против человечности», однако регулярно отказывается приносить официальные извинения. В 2023 году он вновь подтвердил: «Не мне просить прощения». Представитель французского МИД Паскаль Конфаврё отказался комментировать голосование в парламенте Алжира, заявив, что не намерен участвовать в «политических дебатах в других странах» (1).
Фоном для принятия закона стал затяжной дипломатический кризис между Францией и Алжиром. Несмотря на тесные связи, включая миграционные, поддержка Парижем территориальных притязаний Марокко на Западную Сахару (2) вызвала резкое недовольство в Алжире, который традиционно поддерживает движение ПОЛИСАРИО — местный национальный фронт, многолетне борющийся с марокканской оккупацией и провозгласивший в 1976 году Сахарскую арабскую демократическую республику. В регионе обнаружены крупные месторождения фосфатов (занимающие 4-е место в мире), а также железной и медной руд. В порт Дахла на Атлантическом побережье намечается строительство железной дороги длиной около 500 км из района Алжира, прилегающего к территории САДР.
В 2005 году между Парижем и Рабатом было заключено фактически бессрочное военное соглашение, в рамках которого в Марокко регулярно проводятся совместные учения войск. В прошлом году были проведены совместные манёвры сухопутных сил и ВВС под кодовым названием «Шерга». Кроме того, Франция занимает второе место после США по поставкам вооружения в Марокко. Начиная с 2010-х, Париж углубляет военно-политическое сотрудничество с Рабатом, что связано с обострением марокканско-алжирских противоречий. Помимо Западной Сахары, спорные территории охватывают почти половину из примерно 1650 км общей границы двух стран. Между двумя крупнейшими государствами Магриба отсутствуют дипломатические отношения.
В апреле прошлого года напряжённость между Францией и Алжиром достигла нового пика после задержания в Париже алжирского дипломата и двух граждан страны, что произошло вскоре после заявлений Макрона и президента Алжира Абдельмаджида Теббуна о желании возобновить диалог.
Усугублению конфликта способствовала резолюция, принятая французским парламентом 30 октября 2025 года, которая предусматривает денонсацию бессрочных соглашений с Алжиром, подписанных в 1968 году и упрощающих миграцию из Алжира во Францию, вопросы вида на жительство и социальные пособия. Эти документы, разработанные после окончания войны за независимость и получения Алжиром суверенитета, были в первую очередь ориентированы на французов, проживавших в Алжире (более 1,1 млн человек в начале 1962 года), чтобы помочь им вернуться на территорию метрополии или её заморских территорий. Однако к концу 1970-х соглашения способствовали быстрому росту числа собственно алжирских мигрантов во Франции, против чего неоднократно выступали власти заморских департаментов. По разным оценкам, сейчас во Франции проживает до 5 миллионов выходцев из Алжира, при этом не менее трети из них находятся нелегально.
Правые и ультралевые силы активно критикуют эти соглашения, обвиняя их в стимулировании неконтролируемой миграции, снижении стоимости рабочей силы и росте преступности. Партия «Национальное объединение» под руководством Марин Ле Пен последовательно выступает за отмену этих документов. Резолюция, внесённая этой партией, стала первым законопроектом, получившим большинство голосов в Национальном собрании, что ещё больше осложнило отношения с Алжиром, где рост населения пока опережает возможности социального и трудового устройства. Многие политики, включая отдельных министров, пытаются завоевать поддержку крайне правых избирателей, используя их враждебность к бывшей североафриканской колонии. Как отметил один из наблюдателей, «крах французской политической элиты выявил множество людей без фантазии и стратегий, которые продвигают экстремистские идеи в попытке сохранить влияние».
Постоянно усиливаемая правыми политиками и их СМИ «одержимость Алжиром, своего рода ежедневное повторение старых обид» (слова историка Бенжамена Стора, ведущего эксперта по французской колонизации и алжирской войне за независимость) порождает «колониальное бессознательное», которое лишь усугубляет противостояние между странами. В коммюнике МИД АНДР отмечается: «Алжир стал полем внутренних политических конфликтов Франции, в которых допускаются любые бесчестные методы, а крайне правые играют роль инициаторов, связующих звеньев и руководящих структур».
Примечания
(1) В ответ на Алжир в июле 2024 года Макрон запустил процесс официального признания Францией части Западной Сахары, что ранее считалась испанской территорией, за Марокко, рассчитывая получить долгосрочную аренду для военно-воздушных или военно-морских баз (по имеющейся информации, переговоры велись с 2023 года). Дополнительные военные объекты крайне важны для Франции после недавнего закрытия баз в Сенегале, Кот-д’Ивуаре, а также ранее в странах западного Сахеля, Чаде и Центральноафриканской Республике.
(2) Для всех французских президентов характерна двойственная позиция: за рубежом они осуждают колониализм, соответствуя ожиданиям международного сообщества, тогда как дома высказываются осторожно, поскольку значительная часть населения ассоциирует себя не с колонизированными, а с колонизаторами, воспринимая себя как преданных и обиженных.
