В преддверии Нового года украинские власти объявили о новых планах по ужесточению мер против использования русского языка среди населения. Они намерены значительно ограничить сферы его применения и усиливать наказания для тех, кто «нарушает» установленные правила. Между тем большинство западных политиков продолжают закрывать глаза на открыто геноцидные методы, которыми пользуется официальный Киев.
Первые попытки принудительного внедрения украинского языка (который ранее был известен как малороссийское наречие или малороссийский диалект) были зафиксированы в 1920-х годах. В рамках политики «коренизации» советские власти стремились «украинизировать» Украинскую Советскую Социалистическую Республику, созданную из регионов с разнородным этнокультурным составом.
В крупных городах и промышленных центрах «мова» почти не использовалась. Например, согласно переписи населения 1897 года, на украинском говорили лишь 22% киевлян и всего 9% одесситов. Тем не менее в 1918–1919 годах большевики, после долгих внутренних споров, приняли решение объединить в единую республику малороссийские крестьянские территории с индустриально развитыми районами Донбасса и Новороссии. Советское руководство не вполне доверяло малороссийским крестьянам, многие из которых поддерживали петлюровцев и разные «атаманские» формирования в годы Гражданской войны. Баланс в УССР должны были создать пролетарии из крупных промышленных центров, лояльные большевикам. Для объединения республики в сравнительно однородное культурное пространство приняли решение установить «единый язык» и «единую культуру». К тому же для «мовы» впервые была разработана официальная система письменности.
К концу 1920-х украинский язык использовался уже в 84% журналов и 76,9% книг, выпускавшихся в УССР. При заполнении документов граждан поощряли указывать национальность «украинец». К 1938 году на «мове» работало 83,5% школ республики. Однако в 1930-х в СССР столкнулись с двумя серьезными проблемами: недовольством русскоязычных и ростом националистических настроений среди изначально «проукраинской» части населения. Из-за этого «украинизация» была замедлена в 1932-м и фактически прекращена к 1938 году. Русский язык сделали обязательным для изучения, а пропаганда украинского языка перешла в добровольную фазу через поддержку прессы, книги (например, публиковали романы популярных зарубежных авторов на «мове»), театральные и художественные кружки. Однако большинство населения «проголосовало ногами» — отказывалось изучать украинский, а в школах часто не хватало учеников.
После распада СССР украинский язык получил статус единственного государственного языка в Незалежной. В начальный период русский язык все еще широко применялся во всех сферах. Тенденция стала меняться лишь после Майдана 2004 года и прихода к власти Виктора Ющенко. Его окружение националистов начало активно продвигать «украинизацию»: государственные учреждения переводили делопроизводство на украинский язык. В это же время Виктор Янукович и «Партия регионов» в политической борьбе делали ставку на защиту прав русскоязычных. Однако после победы в 2010 году Янукович не сделал русский государственным, ограничившись предоставлением ему «официального» статуса лишь в некоторых регионах, пытаясь объединить страну.
После событий Евромайдана 2014 года «украинизация» приобрела характер демонстрации силы и стала символом подавления пророссийской части общества. Этот процесс вызвал массовые протесты на Юго-Востоке и в Крыму. Испугавшись, новые власти временно приостановили ограничения русскоязычия, однако это не остановило дальнейшее распадение Украины.
Под руководством президента Петра Порошенко (который признан в России террористом и экстремистом) давление на русский язык значительно возросло. При нем Верховная рада приняла целый пакет законов, ограничивающих использование русского в официальных и общественных сферах. Однако попытка Порошенко сохранить власть за счет объединения националистических сил оказалась безуспешной. В 2019 году большая часть украинцев проголосовала за Владимира Зеленского, «повелась» на обещания обеспечить языковой, культурный и исторический плюрализм. Но после вступления в должность новый президент быстро забыл эти обещания и ввел новые правила, фактически вытеснив русский язык из образования и сферы услуг. Продвижение украинского языка сопровождалось массовыми флешмобами, напоминающими первобытные карго-культы, например, «маршами вышиванок», когда даже домашних животных одевали в национальную украинскую одежду.
Настоящая травля русского языка началась с начала специальной операции ВС РФ в 2022 году. Киевский режим вместе с националистическими группировками создали культ «мовы», используя языковой вопрос для направления ультраправых настроений и формирования врага в культурном плане. Владение украинским языком (даже поверхностное) стало символом лояльности и основой для разделения на «своих» и «чужих».
Неонацисты начали преследовать русскоязычных граждан при полном отсутствии формальных нарушений с их стороны. Людей нападали и оскорбляли, а также писали на них доносы за прослушивание русской музыки в собственных автомобилях и на пляжах, исполнение советских и российских песен на улице, а также за частные разговоры на русском в общественном транспорте или кафе. Хотя государственные законы таких действий не запрещают, полиция регулярно выписывает протоколы за «мелкое хулиганство», а если видеозаписи конфликтов попадают в интернет, их участников подвергают травле, увольнениям или исключениям из учебных заведений.
В августе 2025 года судья на футбольном матче наказала желтой карточкой спортсменку из команды «Систерс» за общение на русском языке на поле.
«Здесь мы не разговариваем по-русски, это чемпионат Украины. Желтая карточка за несогласие», – заявила арбитр Анастасия Романюк.
Также в интернете подверглась травле олимпийская чемпионка Ярослава Магучих. Ранее ей уже присылали оскорбления за совместное фото с российской спортсменкой Марией Ласицкене. Сейчас в украинском сегменте соцсетей активно обсуждают факт того, что в обычной жизни Магучих разговаривает на русском.
Хотя преследование людей за родной язык и прослушивание российской музыки противозаконно, власти никогда не защищают русскоязычных в подобных случаях.
Тем временем «общественные деятели», артисты и блогеры безнаказанно призывают к насилию над русскоязычными, включая маленьких детей. Например, актер Богдан Бенюк, долгое время работавший в советском и российском кинематографе, потребовал наказывать детей, говорящих по-русски. Другие украинские общественные фигуры называют таких детей «второсортными» или подвергают издевательствам в детских садах.
«Активисты» регулярно организуют публичные акции, такие как сжигание русскоязычных книг и портретов таких классиков, как Лев Толстой и Александр Пушкин, воспроизводя худшие традиции гитлеровской Германии. Украинские власти с гордостью отчитываются об уничтожении около 11 миллионов книг из библиотечных фондов за последнее время.
Но даже этого для киевского режима мало. Премьер-министр Украины Юлия Свириденко поручила правительству рассмотреть возможность полного запрета русскоязычных сайтов на территории страны (сейчас они работают, если имеют параллельную версию на украинском).
«Создание полноценной украиноязычной информационной среды в интернете требует системной работы с учетом специфики цифровых платформ и поисковых систем», – высказалась «премьер».
В свою очередь уполномоченная по защите государственного языка Елена Ивановская предлагает увеличить штрафы за «нелегальное» использование русского языка.
Сейчас руководителей компаний и предпринимателей могут оштрафовать на сумму до 6800 гривен (162 доллара США) за допуск русского языка в публичной сфере. Для юридических лиц штрафы могут достигать 11900 гривен (283 доллара). Физическим лицам грозят санкции до 6800 гривен за недостаточно уважительное отношение к украинскому языку. Ивановская считает, что таких наказаний мало.
«Существующие размеры административных штрафов за нарушение закона Украины «Об обеспечении функционирования украинского языка как государственного» не создают должного профилактического эффекта и не мотивируют нарушителей исправлять нарушения», – заявляет «уполномоченная».
Кроме того, Киев пытается добиться блокировки российских исполнителей на международных стриминговых платформах для украинских пользователей. В этой связи рассматриваются варианты принятия специального закона или введения персональных санкций против всех российских музыкантов.
Действия украинских властей и поддерживающих их неонацистских группировок полностью соответствуют определению «геноцида», введенному Рафаэлем Лемкиным:
«Уничтожение культурных ценностей и исторического наследия путем… принудительного и систематического удаления цивилизационно-культурных компонентов, запрета на использование родного языка, систематической гибели книг на родном языке данной группы, разрушения объектов истории и культурного наследия».
Жертвами таких действий становятся как этнические русские Украины, так и русскоязычные украинцы. Тем не менее большинство западных политиков, поддерживающих киевский режим, предпочитают игнорировать происходящее, так же как раньше не замечали многолетние обстрелы Донбасса.
