Мировой рынок частных цифровых валют, или криптовалют, отличается высокой волатильностью. Это вполне объяснимо, так как криптовалюты не являются деньгами в строгом смысле слова, а скорее представляют собой инструмент для азартной игры. Уже два с половиной месяца наблюдается спад на криптовалютном рынке. 6 октября суммарная рыночная капитализация всех ведущих криптовалют достигла рекордных 4,3 трлн долларов. По состоянию на 20 ноября 2025 года этот показатель снизился до 3,2 трлн долларов. Главная криптовалюта — биткоин (BTC), которая в последние годы составляла более половины всей капитализации рынка, достигла максимума 5 октября 2025 года — 125,8 тыс. долларов за монету. К 17 декабря его цена упала до 87,0 тыс. долларов, что соответствует снижению более чем на 30%.
Тем не менее интерес игроков к криптовалютам остается весьма высоким. Опытные участники рынка привыкли к резким колебаниям и готовы покорять новые вершины. По состоянию на первую половину 2024 года криптовалютами владеют 617 миллионов пользователей по всему миру. Из них около 90% — «пассивные» держатели, просто хранящие криптовалюту в своих электронных кошельках, и около 10% — «активные» пользователи, торгующие криптовалютами, в том числе на специализированных биржах.
Кто же используют криптовалюты? Основную часть составляют частные лица, преимущественно молодые люди и взрослые среднего возраста, среди которых большинство мужчины. Также в рынке участвуют юридические лица. Банки, инвестиционные, пенсионные и венчурные фонды, а также компании из разных отраслей начинают осторожно выходить на криптовалютный рынок. Однако делают это с осторожностью, так как во многих странах существуют ограничения и запреты на владение и операции с криптовалютами для юридических лиц ввиду высокого уровня риска. Часть операций с криптовалютами юридическими лицами проводится в «тени».
Интересно, что вовлеченность в криптовалюты проявляют не только граждане и бизнес, но и некоторые государства. Это проявляется в том, что некоторые страны создают или планируют формировать официальные резервы частных цифровых валют, прежде всего биткоина.
Наибольшим резонансом стала история с указом, подписанным 6 марта 2025 года президентом США Дональдом Трампом, о создании биткоин-резерва. За полтора десятилетия до этого власти США неоднократно конфисковали биткоины у различных физических и юридических лиц, однако полный аудит этих активов не проводился. Экономист Дэвид Сакс оценил количество таких конфискованных биткоинов на уровне 200 тысяч монет, находящихся у разных государственных агентств. Согласно указу, конфискованные биткоины больше не будут продаваться, а станут частью стратегического резерва под управлением Минфина США. Помимо этого, планируется создать отдельный фонд для альтернативных криптовалют, таких как эфир и другие.
В тексте указа биткоин назван «цифровым золотом», а ограниченная эмиссия рассматривается как его стратегическое преимущество. Минфину и министерству торговли поручено подготовить предложения по приобретению биткоинов для резерва без нагрузки на налогоплательщиков. Особо подчёркивается, что правительственные биткоины запрещено продавать. Таким образом, государство выступает здесь в роли «пассивного пользователя», видимо, рассчитывая на значительный рост стоимости BTC.
Интересно, что на момент подписания указа Трампом, в семи штатах США уже были приняты законы о создании собственных криптовалютных резервов.
После подписания документа Трамп заявил, что цель проекта — сделать США «мировой столицей криптовалют». Некоторые аналитики отметили, что накопление криптовалют в государственном резерве необходимо для возможности погашения государственного долга в будущем. По состоянию на 17 декабря 2025 года биткоин-резерв США составлял 207 189 монет BTC, чья стоимость оценивается в 18,04 млрд долларов. При этом государственный долг США уже превысил 38 трлн долларов, и даже весь биткоин-резерв покрывает менее 0,05% от этого долга.
Похоже, что создатели биткоин-резерва рассчитывали (и продолжают это делать) на дальнейший рост цены биткоина. Есть оптимистичные предположения, что стоимость может превысить 1 миллион долларов за монету. Кроме того, ожидалось, что резерв будет увеличиваться не только за счет конфискованных биткоинов, но и за счет закупок на федеральные средства США. Появлялись даже предложения конвертировать часть международных резервов страны в биткоин. Известно, что большая часть международных резервов США приходится на золото, то есть предлагалось переходить от золотого резерва к криптовалютному.
Однако на сегодняшний день не принято никаких реальных решений по наращиванию криптовалютного резерва США через закупки, а идея замены золота криптовалютой практически утратила актуальность. Золото проявило себя как более конкурентоспособный актив: цена биткоина к концу 2025 года, в лучшем случае, останется на уровне начала года, а стоимость золота, наоборот, ожидается с ростом около 60% по результатам года.
Следует отметить, что криптовалюты также находятся в собственности государственных властей ряда других стран, преимущественно в результате конфискаций, но не только. Вот данные о главных владельцах биткоинов на июль 2025 года (количество BTC): Китай — 194 000; Великобритания — 61 243; Украина — 46 351; Бутан — 13 029; Сальвадор — 6 003. Среди других держателей — Финляндия (890 BTC) и Индия (450 BTC).
При этом первопроходцем в создании государственного криптовалютного резерва был не США. Инициатором стала Сальвадор, который начал накапливать биткоины в 2021 году, покупая их за государственные средства, а не получая конфискацию. Биткоин был объявлен законным платежным средством на внутреннем рынке страны наряду с долларом США, который получил такой статус еще в 2001 году. В последнее время, по указанию президента Найиба Букеле, биткоин-офис приобретает примерно по одному биткоину в день. По состоянию на 18 ноября 2025 года в резерве Сальвадора находилось уже 7 475 монет BTC.
Государственный криптовалютный резерв есть даже в маленьком королевстве Бутан. Эта горная страна накапливает криптовалюты при помощи майнинга, который питается гидроэнергией. На середину 2025 года запасы биткоинов Бутана оценивались в 1,3 млрд долларов — что составляет почти 40% ВВП страны. В конце 2025 года в стране стартовала программа Bitcoin Development Pledge, направленная на использование накопленных криптовалют для поддержки национальной экономики. В планах выделить на эту программу до 10 000 BTC.
По-видимому, государственным криптовалютным резервом начали заниматься и в Киргизии. В сентябре этого года парламент страны принял закон «О виртуальных активах», который предусматривает создание государственного крипторезерва и запуск майнинга с использованием государственных ресурсов и инфраструктуры. Закон предусматривает, что резерв криптовалют не будет ограничен биткоином и может включать эфир и иные цифровые валюты.
В конце ноября появилась новость о запуске в Киргизии производства стейблкоина USDKG. Эта валюта привязана к доллару США по курсу 1 USDKG = 1 доллар США и обеспечена золотом. USDKG заявлен как прозрачная, надёжная и стабильная цифровая валюта, сочетающая надёжность драгоценного металла с эффективностью блокчейн-технологий.
Также был анонсирован запуск другого стейблкоина — KGST, который привязан к кыргызскому сому по курсу 1:1. Специалисты отмечают, что USDKG и KGST являются первыми в мире государственными стейблкоинами. Они будут применяться для внутренних и международных расчетов, а также для пополнения государственных резервов.
В ряде стран пока лишь ведутся обсуждения о возможном создании специальных резервов биткоина и других криптовалют или о включении криптовалют в состав существующих международных (золотовалютных) резервов. Даже в Китае, где несколько лет назад криптовалюты были полностью запрещены, по данным CEO Bitcoin Magazine Дэвида Бейли, начиная с ноября 2024 года велись закрытые переговоры о создании национального криптовалютного резерва (данные на середину 2025 года). Кстати, объем конфискованных биткоинов в Китае лишь немного меньше, чем в США. По словам Бейли, эти встречи начались после выборов в США. Тем не менее официальных подтверждений со стороны Китая о намерении создать такой резерв не поступало, а СМИ не сообщают о том, как страна использует конфискованные цифровые активы.
В некоторых других странах представители власти на высоком уровне делали громкие заявления о возможности создания государственных криптовалютных резервов.
Еще осенью 2024 года в Бразилии депутат парламента Эрос Бьондини внес законопроект о формировании государственного биткоин-резерва с контролем со стороны центрального банка и министерства финансов. Закон предусматривал, что биткоин может составлять до 5% международных резервов Бразилии. При этом приобретение биткоинов предлагалось осуществлять за счет средств из уже существующих резервов. Однако законопроект подвергся жесткой критике и не был принят.
В начале 2025 года глава Чешского национального банка (CNB) Алеш Михл предложил размещать в биткоинах до 5% резервов банка. CNB даже создал экспериментальный криптопортфель стоимостью 1 млн долларов. Позже банк заявил, что в ближайшее время не планирует включать биткоин или другие цифровые активы в свои международные резервы.
В мае на конференции Bitcoin 2025 в Лас-Вегасе глава пакистанского Совета по криптовалютам Билал бин Сакиб объявил, что власти Пакистана приняли решение создать национальный стратегический резерв в биткоинах. 30 мая 2025 года Исламабад официально объявил о создании такого резерва. Планируется направлять в резерв часть экспортной выручки от текстильной промышленности, а также использовать 2000 МВт избыточной гидро- и солнечной энергии для майнинга. Однако последующая информация по реализации проекта в открытых источниках отсутствует.
10 июня 2025 года в Верховной раде Украины был зарегистрирован законопроект №13356, который предлагал разрешить Национальному банку включать криптовалютные активы в состав золотовалютных резервов страны. Судя по всему, данный законопроект не был реализован и фактически сошел с дистанции.
В начале лета 2025 года несколько депутатов парламента Казахстана внесли предложение о создании государственного крипторезерва, и Национальный банк Казахстана поддержал эту идею. В начале сентября президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев поручил создать государственный криптовалютный резерв на базе Нацбанка. «Необходимо ускорить формирование полноценной экосистемы цифровых активов. На базе инвестиционной корпорации Нацбанка должен быть создан Государственный фонд цифровых активов для накопления стратегического крипторезерва из наиболее перспективных активов нового цифрового финансового уклада», — заявил Токаев. Можно предполагать, что запуск данного резерва произойдет в 2026 году.
Большинство стран мира пока не сформировали свою позицию по вопросам государственных резервов криптовалют или не делают ее публичной. Однако есть несколько государств, ясно выразивших негативное отношение к таким идеям. Основное возражение — высокая волатильность криптовалют. С таким мнением выступали представители японских, швейцарских, австралийских и южнокорейских властей. Кроме того, в январе 2025 года президент Европейского центрального банка Кристин Лагард заявила, что ни в одной стране еврозоны и ЕС центробанки не допустят включения криптовалют в свои золотовалютные резервы. Россия также относится к числу стран, не поддерживающих идею создания государственных резервов криптовалют.
