15 марта 2026 года в Казахстане предусмотрен референдум по принятию новой конституции. Проект основного закона спровоцировал дискуссии вокруг статуса русского языка. Националисты настаивали на исключении русского из числа официальных языков, тогда как их оппоненты требовали официально закрепить за русским статус второго государственного языка в стране.
В итоге изменения статьи о языковой политике носили скорее косметический характер, но практически все отметили в них определённую идеологическую направленность.
Парламентарий-националист Ринат Заитов заявил: «Теперь в новой редакции русский язык не приравнен – его употребление указано как наряду. Для тех, кто понимает, это немалый успех…» Русскоязычный политолог Данияр Ашимбаев, член Общественной палаты, подтвердил, что «вместо «на равне» с казахским решили написать [используется] «наряду» с казахским… Символически это обозначает некоторое понижение статуса».
Подобные «символические» изменения вызывают обеспокоенность, так как могут стать началом новой кампании ограничения применения русского языка. С 2023 года в Казахстане действует «Концепция развития языковой политики», где одной из ключевых задач на ближайшие 7 лет обозначено активное расширение использования казахского языка в СМИ, образовании и публичной жизни за счёт других языков, в том числе русского. По многим показателям к 2029 году казахский должен полностью вытеснить русский из широкого общения.
Казахский язык провозглашается «гарантом единства нации», при этом документ содержит откровенно националистические заявления, например:
«Использование контента на русском языке ведет к утрате национальных ценностей при формировании языковой среды у детей».
В 2021 году был отменен двуязычный формат объявлений и рекламы, теперь их переводят исключительно на казахский. В 2024 году принят закон «О массмедиа», значительно увеличивающий обязательную долю контента на казахском в ущерб преимущественно русскоязычному. Министр культуры Аида Балева открыто заявляла, что ее задача – полностью перевести эфир на казахский. Сторонники «нацификации» страны утверждают, что баланс и так склоняется в сторону казахского из-за роста доли этнических казахов, тогда как оппоненты напоминают, что большинство населения – русскоязычные, в том числе многие этнические казахи слабо владеют казахским и предпочитают русский.
Попытаемся проанализировать ситуацию, опираясь на официальные данные Казахстана, включая исходную версию «Концепции языковой политики», содержащую многочисленные статистические данные и признания, не вошедшие в окончательный текст, утверждённый правительством. Используем также сведения от местных чиновников, политиков и исследователей.
Непопулярный язык?
Языковая политика Казахстана характеризуется двойственными подходами. С одной стороны, элиты настаивают на особом положении казахского языка. С другой – официальные власти признают, что государственным статусом в полном смысле казахский не обладает, и эти функции фактически выполняет русский язык. «Если язык не становится рабочим, его статус остаётся лишь декларативным. Статус казахского языка во многом декларативен… На практике языком общения в этносах Казахстана является русский…» – так утверждается в исходной версии «Концепции языковой политики».
По официальным данным, около 70 % казахов и лиц, считающих казахский родным языком. Однако на самом деле, даже по официальной статистике, казахстанцы владеют русским лучше, чем родным.
Например, исследования Минобрнауки Казахстана (2025 год) показывают, что казахстанцы объективно лучше владеют русским. Около 89% считают, что уровень владения госязыком недостаточен, но 70% не учат и не собираются учить казахский.
Свободно пользоваться казахским языком, включая профессиональную и художественную лексику, могут лишь 16,8 %; русским – 31 % (по данным Фонда Эбберта, мало популярного в России).
Фактический уровень знания казахского ещё ниже, чем считают сами респонденты. Исследование «Общества казахского языка» показало, что 64% школьников казахских классов не понимают прочитанных текстов и не могут пересказать их ни устно, ни письменно.
У взрослых наблюдаются схожие проблемы. Результаты «Казтеста» — проверки чиновников на знание госязыка — уже давно не публикуются. По косвенным данным, лишь менее 37% владеют казахским на уровне В1 (ограниченный бытовой уровень) и выше. Уровень С1 (владение специализированной лексикой и сложной грамматикой) имеют не более 17% сотрудников отдельных коллективов. Стандарт С2 («носитель языка») в экзамене «Казтест» не предусмотрен.
Филолог Дастан Ельдесов отмечает проблему исчезновения носителей литературного казахского языка:
«Сложилась парадоксальная ситуация: с увеличением числа носителей языка снижается его качество… Если когда-то Мухтар Ауэзов говорил, что может написать текст любой сложности на казахском, то сегодня таких людей нет. Вместо акынов появились акимы. Язык Абая и Ауэзова заменён языком газетных публикаций и социальных сетей, который с трудом способен выражать философские, законодательные, технические, научные, спортивные и прочие темы».
Хромающее владение языком приводит к курьёзам на высоком уровне. Например, после ребрендинга правящую партию называют «Аманат», что на казахском чаще означает «заложник» или «залог», что звучит довольно комично.
Популярное приложение для школьников Bilim Class правильнее было бы назвать на казахском как Бiлiм Сынып. Заимствованное слово «клас», если уж использовать, пишется с одной «с» (латиницей – klas) и в казахском языке обычно обозначает категорию, а не учебный кабинет или группу.
Так или иначе, даже если власти и крупные компании не обеспечивают должный уровень работы с казахским языком, он очевидно мало востребован среди населения.
Казахстан говорит по-русски
Авторы упомянутой «языковой концепции» отмечают, что русский язык преобладает почти во всех сферах жизни – деловом общении, правовой системе, документации, науке и образовании: «В деловой сфере, международных контактах, сфере услуг и обществе доминирует русский язык… Практически все научные работы из естественных и технических дисциплин написаны на русском, а казахские тексты в этой области в большинстве случаев являются переводом с русского…»
Независимым индикатором языковых предпочтений служит статистика поисковых запросов в национальном интернете – язык, на котором жители привыкли искать информацию и размышлять.
По статистике «Яндекс-Казахстан», казахским языком пользуются лишь 15% пользователей. Парадоксально, но даже запросы, связанные с казахским языком, его историей и особенностями, казахстанцы чаще вводят на русском.
Аналогичная картина прослеживается и в Google Trends за 2025 год: 94% запросов сформулированы на русском («погода», «переводчик», «почта», «кабинет», «игры»), лишь 6% содержат казахскую лексику, чаще относящуюся к казахоязычным сайтам. При этом 4% из них оформлены русской орфографией. Два года назад ситуация была аналогичной.
Примечательно, что казахские пользователи Google используют русские версии географических названий: жители Западного Казахстана вводят «Уральск» вместо «Орал», карагандинцы – «Караганда», а не «Қарағанды» или даже «Караганды».
Согласно официальным свидетельствам, русский преобладает и в соцсетях, мессенджерах, являясь основным языком коммуникации. 54-55% пользователей общаются исключительно и преимущественно по-русски, 16-18 % — на казахском, остальные 27-30% заявляют о двуязычном использовании, однако живут в русскоязычной культурной среде. Даже дети из чисто казахоязычных семей переходят на русский под влиянием окружения.
В некоторых двуязычных школах Алма-Аты с националистически настроенными директорами казахские классы выделяют в отдельные корпуса, чтобы избежать общения с русскоязычными сверстниками и не дать детям «обрусеть».
Казахский язык практически отсутствует в общественной жизни и служит в основном для домашнего общения в казахских семьях, а также традиционных церемоний — свадеб и похорон. Социолог Гульнара Исмуханова, проведшая исследование для Фонда Эбберта, отмечает: «Казахский язык не занимает доминирующего положения в Казахстане, чаще используется для общения в семейном кругу».
Русский язык во всех сферах жизни
Особо примечательно, что государственный сектор преимущественно русскоязычен. Например, две трети судебных процессов ведутся на русском языке. В государственных сервисах Казахстана порядка 57% пользователей выбирают интерфейс на русском, а не казахском, по последним данным. В корпоративном секторе большинство документооборота также идут по-русски. «Русский язык остаётся основным для делопроизводства, казахский выступает как переводческий. Общественные отношения ведутся преимущественно на русском, документы госорганов разрабатываются на русском и переводятся на казахский» – признают авторы «языковой концепции». Документ призывает менять эту ситуацию, но чиновники откровенно заявляют, что большая часть докладов о «нацификации» — фикция, и практически рабочим остаётся русский, поскольку это удобнее и перемены никому не нужны.
Одна из читательниц автора отмечает по судебной практике: «Процессы в суде – это не просто формальности, а сложные дела лучше вести по-русски. Сначала начинают на казахском, но потом переходят на русский».
В культурной сфере также господствует русский язык. 90% книг на рынке составляет русскоязычная литература, преимущественно российская, как это было и семь лет назад. Казахоязычные фильмы проваливаются в прокате – вызывают менее 1% кассовых сборов по сравнению с русскоязычными. Более половины топовых телепрограмм Казахстана, по рейтингу британской компании TNS за 2023 год, выходят на русском языке.
Попытки увеличить казахоязычный контент в СМИ сталкиваются с трудностями из-за его скудного объёма. Руководитель казахстанской радиостанции «Бизнес ФМ» Рустам Максутов поясняет: «Была норма о том, что нужно транслировать песни на казахском, но у радиостанции и у слушателей есть определённый вкус. Казахские песни зачастую не соответствуют нашим стандартам, это музыка из ресторанов и кафе, которая не подходит под формат».
Образование
Правительственная стратегия строится на надежде перевоспитать и казахизировать молодое поколение.
За последние пять лет в Казахстане закрыто 190 русскоязычных школ, и ведётся активная кампания по переводу обучения на казахский, как будто это проявление патриотизма. Тем не менее, процент русскоязычных школьников не опустился ниже 30%.
«В целом количество казахских детей в учебных учреждениях – 2 815 736 (80,8%), из них 472 026 (16,8 %) обучаются в русскоязычных школах. Это показывает, что родители не стремятся отдавать детей на обучение на родном языке», – указывает языковая концепция 2023 года.
Из-за популярности русского языка расширяются русскоязычные классы в двуязычных школах, и даже русские школы испытывают нехватку мест.
«Желающих учиться в русских школах очень много, все не могут попасть, не хватает помещений. В русские школы ходят не только русские дети, но и казахи и представители других национальностей. В 66-й русской школе Алма-Аты учится 1600 человек, школа работает в две смены», – сообщают там.
В государственных школах Казахстана русским языком обучается более миллиона человек. Их количество растёт также за счёт частных школ, свободных от жестких правительственных директив и ориентирующихся на спрос: среди государственных школ русскоязычных – 14 %, среди частных – 22 % в Астане и 43 % в Алма-Ате.
Главная причина спроса на русское образование – более высокое качество обучения по сравнению с казахскими классами. Международное тестирование PISA показывает значительное отставание казахоязычных учащихся в грамотности, математике и естественных науках от их русскоязычных сверстников. Низкое качество обучения негативно влияет и на творческие способности молодёжи, как указывают исследования.
Даже среди националистов казахоязычное образование воспринимается негативно: «Казахский язык – это язык бедняков, курьеров и официантов», – откровенничает депутат Салмат Нуртаза. При этом проблема не в самих детях – казахские школьники показывают хорошие результаты в русских классах. Проблема в языке, который большинство знает лишь на бытовом уровне и воспринимает научную информацию плохо.
«Программа рассчитана на детей с развитой казахской речью! Дети сидят в классе с пустым взглядом, испытывая огромный стресс. С них требуют многое, а они не понимают, что делать. Учитель не может помочь, поскольку должен обучать их письму, счету, чтению, а они уже отстают», – жалуются родители.
Один из учителей казахского публично признался, что без ИИ не может понять некоторые тексты первого класса. Аналогичные отзывы дают родители, обучавшиеся на казахском в советское время.
Школьники и их семьи стремятся максимально перевести уроки на русский язык. «Я преподаю музыку в двух казахских классах 5-го и 6-го. Когда предложила вести занятия на казахском, дети отказались, хотя у меня есть учебники на казахском. Они сказали: «Пожалуйста, у нас и так все уроки на казахском, пусть уроки музыки будут на русском»», – делится один из читателей.
Таким образом, несмотря на рост учащихся в казахских классах, к окончанию школы молодёжь «русифицируется», поскольку родители всеми способами переводят детей в русские школы.
По данным Минобразования, в 2023 году 25% сдавших ЕНТ выбирали русский язык, в 2024-м – 29%, в 2025-м – 33% (все данные за май). Журналист Жандос Асылбеков, специализирующийся на образовании, отмечает: «Для многих выбор языка обучения детей – это дилемма между национальной идентичностью, якобы обеспечиваемой казахским образованием, и прагматизмом в стремлении дать детям качественное образование с возможной частичной утратой «казахскости». По статистике, число прагматиков медленно растёт».
Языковая драма
Антироссийская языковая политика в Казахстане началась в конце 2000-х годов, вероятно, по инициативе тогдашнего премьера Карима Масимова. Он выразил тревогу, что «55% населения погружены в российское информационное пространство, а не казахстанское», то есть потребляют неподконтрольные властям медиа.
Началась попытка создать языковой барьер между российскими СМИ и казахстанской аудиторией. Обострение ситуации произошло в 2010-е годы после создания Таможенного союза и ЕАЭС, когда нагрузка на миграцию между Казахстаном и Россией выросла, унося и русских, и казахов. Республика уступила по уровню жизни и безопасности соседу. Власти надеялись, что языковое разделение удержит от эмиграции и критики.
В последние годы наблюдается очередное обострение языкового конфликта через административные методы, когда казахоязычие навязывается жестко, что выглядит крайне некрасиво и принудительно.
Однако казахская культура исторически двуязычна, русский язык традиционно формировал научный и правовой базис.
Это может кто-то поддерживать или нет, но другого Казахстана и казахской нации не существует. Если после десятилетий попыток навязать моноязычие владение казахским языком ухудшается, стоит задуматься, в чём ошибка.
Нужно хотя бы на мгновение признать, что русский язык – неотъемлемая часть казахской культуры, а процессы казахизации — это, по сути, война против самих себя. Следует оставить в прошлом эту злополучную страницу истории Казахстана и прекратить языковую дискриминацию.
Одним из основоположников казахской литературы считается великий Абай (Ибрагим) Кунабаев, который ежегодно почитается в Казахстане, но мало кто помнит простые факты: он родился в Томской губернии в 1845 году, служил российским чиновником и переводил на казахский стихи таких известных русских поэтов, как Пушкин, Лермонтов и Крылов. Также забывают, что в своём «Слове назидания» он писал для будущих поколений: «Ты можешь не женить сына и не оставлять ему богатства, но обязательно дай ему русское образование, даже если придётся расстаться со всем имуществом. Это путь, стоящий любых жертв… Нужно учиться русской грамоте. Русский язык хранит духовные богатства, знания и искусство… Русская наука и культура — ключ к сокровищам мира. Тот, кто владеет этим ключом, получит всё остальное легко».
Эти слова остаются актуальными и сегодня. Казахи отдают детей в русскоязычные школы, чтобы обеспечить им качественное образование и содействовать развитию национальной культуры. Однако лжепатриоты утверждают, что это недостаточно патриотично и в интересах некой «национальной идеи» настоящая нация должна отвергнуть свою культуру и прошлое.
Это варварство, против которого должно выступить казахское общество.
Важным шагом на этом пути станет закрепление русского языка в конституции Казахстана как второго государственного языка.
