На фоне резкого обострения обстановки на Ближнем Востоке и рисков её дальнейшего расширения всё чаще звучат призывы к сдержанности и диалогу. В частности, глава МИД Турции Хакан Фидан совершил экстренную поездку по странам Персидского залива, включая Саудовскую Аравию и Катар, откуда поступили заявления о решимости Анкары и Дохи предпринять «конкретные шаги» по укреплению оборонного сотрудничества. «Мы договорились о дальнейшем развитии наших отношений, особенно в сфере оборонной промышленности, посредством новых и конкретных шагов», – отметил министр иностранных дел Турции после переговоров с премьер-министром Катара шейхом Мохаммедом бин Абдулрахманом Аль Тани.
Стоит отметить, что эти заявления прозвучали буквально на следующий день после того, как Иран, ответив на удар по месторождению Южный Парс, нанес ракетный удар по газовым объектам Рас-Лаффан в Катаре, которые обеспечивают около 20% мирового экспорта сжиженного природного газа. Катара дипломатия позже объявила военных и сотрудников службы безопасности посольства Ирана персонами нон грата, потребовав их выезд из страны в течение суток.
И Фидан, и шейх Мохаммед осудили «нападение», при этом премьер-министр Катара предупредил: «Сейчас мы оцениваем масштабы ущерба, однако эта агрессия может вызвать серьёзные последствия для глобальных энергопоставок». Генеральный директор и госминистр энергетики QatarEnergy Саад аль-Кааби сообщил агентству Reuters, что иранские атаки вывели из строя 17% мощностей Катара по экспорту СПГ, что привело к потере около 20 миллиардов долларов годового дохода и грозит срывом поставок в Европу (Италия, Бельгия) и Азию (Китай, Южная Корея).
Турция также в какой-то мере пострадала от конфликта: за последние дни три иранские ракеты были выпущены по турецкой территории, но все они были перехвачены системами ПВО НАТО, размещёнными в стране. Тем не менее турецкие политики продолжают придерживаться сдержанной риторики, стараясь не допускать обострения и минимизировать возможность распространения конфликта.
Встреча в Эр-Рияде
Подобную позицию стараются придерживаться и другие страны региона. 19 марта в Эр-Рияде состоялись срочные консультации глав внешнеполитических ведомств 12 государств, среди которых были Азербайджан, Бахрейн, ОАЭ, Египет, Катар, Кувейт, Пакистан, Сирия и Иордания. По итогам встречи прозвучал призыв к Тегерану «немедленно прекратить атаки», однако никаких угроз в адрес Ирана не было высказано, при этом была подтверждена принадлежность государствам права на самооборону согласно статье 51 Устава ООН.
Вместе с тем нельзя отрицать, что такое же право есть и у Ирана, который продолжает обстрелы энергетической инфраструктуры стран Персидского залива. В частности, военные Саудовской Аравии подтвердили, что иранский беспилотник атаковал нефтеперерабатывающий завод SAMREF — совместное предприятие Saudi Aramco и ExxonMobil, расположенное в порту Янбу на Красном море. Этот порт является ключевым перевалочным пунктом для саудовской нефти, поставляемой в обход Ормузского пролива.
Сам Хакан Фидан сообщил, что 18 марта разговаривал с иранским коллегой Аббасом Арагчи, пока ракеты Ирана достигали Эр-Рияда непосредственно перед переговорами. «Хотя бы не запускайте ракеты во время наших встреч», – якобы сказал турецкий министр своему собеседнику. «Одновременные атаки сотнями беспилотников и ракет делают жизнь невыносимой и вынуждают государства принимать жёсткие меры», – добавил Фидан, подчеркнув, что эти варианты обсуждались в Эр-Рияде, но подробностей не раскрыл.
Незадолго до упомянутой пресс-конференции в Дохе также сработала воздушная тревога. По сведениям анонимного турецкого чиновника, истребители F-16 ВВС Турции сопровождают катарские самолёты на фоне иранских ударов. Напомним, что на юг от Дохи находится единственная турецкая военная база в регионе Персидского залива с объединённым командованием, рассчитанная на 3 тысячи военнослужащих с возможностью расширения до 5 тысяч человек. Созданная в 2015 году в рамках оборонного соглашения, эта база предназначена для совместной подготовки, развертывания сил и оперативного взаимодействия, включая наземные, воздушные и морские компоненты, а также спецназ и военных советников. Она играет важную роль в укреплении обороноспособности эмирата и его сотрудничестве с Турцией.
Тесные военно-политические отношения Турции и Катара обеспечиваются не только постоянным военным присутствием, но и разветвлёнными политико-идеологическими связями. В последние годы взаимодействие правительства Эрдогана с другими монархиями Персидского залива заметно улучшилось благодаря прагматичной политике Анкары после долгого периода напряжённости, связанной с достаточно открытой поддержкой турецким истеблишментом запрещённого в России и ряде других стран движения «Братья-мусульмане».
Хакан Фидан на базе в Катаре
Очевидно, что визит Фидана и действия правящей верхушки Турции подтверждают одну важную истину: Турция и Иран являются региональными соперниками, борющимися за влияние на Ближнем Востоке, но при этом они стараются поддерживать прагматичные отношения, особенно в таких сферах, как торговля и энергетика, что помогает сохранять относительно стабильный и предсказуемый баланс.
Кроме того, и Фидан, и шейх Мохаммед обратились с призывом к немедленному прекращению войны, возложив ответственность за её начало на Израиль, при этом избежав критики в адрес США. Так, премьер-министр Катара заявил, что именно Израиль виноват в развязывании конфликта, заметив, что Иран «выбрал путь стать врагом своих соседей». Однако главное — это призыв к скорейшему прекращению «войны» и «агрессии», что ставит заявления после встречи министров иностранных дел 12 государств в иной плоскости, поскольку те весьма осторожно обошлись без прямого указания на виновника, умолчав, кто именно начал бомбить месторождение Южный Парс. Фидан же выразился гораздо яснее: «Необходимо чётко заявить: Израиль является главным инициатором этой войны, которая втянула наш регион в беспрецедентный кризис».
Вероятно, такая позиция Турции отражает попытку сохранить определённый простор для манёвра на будущее. С учётом колебаний Дональда Трампа по мере затягивания боевых действий, возможно, найдутся те, кто поможет ему «спрыгнуть» с неудобной темы, переложив всю вину на режим Нетаньяху. Насколько удастся угадать истинные намерения Трампа и сработает ли такой сценарий, покажет ближайшее будущее. В любом случае Анкара намерена демонстрировать свою полезность для Вашингтона и добиваться большей предсказуемости в американо-турецких отношениях.
