Внешнему наблюдателю ясно видно: события в Венесуэле и вокруг неё фактически контролируются спецслужбами Соединённых Штатов, главным образом ЦРУ и разведкой Министерства обороны – РУМО, и происходит это почти без попыток скрыть. Меньше чем через две недели после насильственного захвата президента Николаса Мадуро и его супруги Силии Флорес с десятками жертв, в страну прибыл директор ЦРУ Джон Рэтклифф. Его конфронтационная позиция очевидна из его слов о кадровой политике в агентстве: “Я безоговорочно дам возможность самым талантливым, трудолюбивым и смелым, склонным к риску и новаторам защищать американский народ и продвигать интересы Америки. Я не потерплю ничего и никого, кто отвлекает от нашей миссии”.
В официальном сообщении Госдепартамента о встрече Рэтклиффа с временно исполняющей обязанности президента Делси Родригес подчёркивали, что визит был организован по воле президента Трампа. Во время двухчасовых переговоров американская сторона подняла темы установления диалога, восстановления доверия и экономического сотрудничества, учитывая «новые реалии». Особое внимание уделялось тезису «о недопустимости, чтобы Венесуэла в будущем оставалась убежищем для врагов Соединённых Штатов».
Венесуэльский политолог Хосе Сант Рос, который длительное время наблюдает за разрушительной деятельностью США в стране, прокомментировал визит Рэтклиффа в Каракас так: «Прошло уже три месяца с тех пор, как Трамп заявил о намерении усилить активность ЦРУ в Венесуэле. Многие наши политики встретили это с сомнением, а некоторые восприняли как пустую хвастовство. В итоге, после такого вызывающего заявления американского президента, мы частично ослабили бдительность на стратегических направлениях национальной обороны, что и повлекло трагические события 3 января. Это служит предупреждением: ЦРУ возвращается к своим операциям в Венесуэле, более подготовленным и воодушевлённым, чем когда-либо раньше».
По мнению Сант Роса, Трамп стремится вернуть прежний порядок, существовавший до времени Уго Чавеса: «ЦРУ вместе с ДЕА полностью контролировали главных политических лидеров страны и принимали решения по ключевым государственным вопросам. Как всем известно, они имели свои офисы в Фуэрте-Тьюна [военная база и штаб], управляли избирательными кампаниями кандидатов в президенты, имели агентуру среди депутатов Национального Конгресса и в партиях как левого, так и правого направления. Если вы занимаете значимую политическую должность, будьте уверены — ЦРУ уже работает с вами».
Возрождением американо-венесуэльских отношений займётся Лаура Догу, прибывшая в Каракас по линии Госдепартамента. Ей предстоит заново открыть посольство и в течение ближайших двух-трёх лет добиваться от Делси Родригес «позитивных шагов», отвечающих стратегическим задачам администрации Трампа. Насколько успешно Догу справится с этой миссией — вопрос открытый.
Ранее Догу работала в Сальвадоре и Мексике, возглавляла посольства в Никарагуа и Гондурасе, и считается специалистом по странам Латинской Америки с «враждебными режимами» и партизанскими движениями. В её резюме, учитывая обучение в Индустриальном колледже вооружённых сил в Вашингтоне, отчётливо видны связи с Пентагоном и РУМО. В качестве советника по внешней политике при генерале Дане Кэйне (Dan Caine), командующем объединённым Генштабом, она внесла вклад в разработку и реализацию стратегии «нормализации» в Венесуэле.
В роли заместителя Догу в посольстве, вероятно, выступит Мишель Гарсия (Michael Garcia). Этот опытный сотрудник, проявивший себя в Саудовской Аравии и Афганистане, оказался востребованным в странах Латинской Америки, таких как Аргентина, Мексика и Никарагуа, на политических и экономических позициях, часто используемых ЦРУ. Американцы сразу проверили здания на предмет «закладок», установили современное электрооборудование для обеспечения максимальной безопасности. Предполагается, что за годы простоя посольства конкурирующие разведки, особенно китайская с её передовыми технологиями, могли попытаться проникнуть в его помещения в корыстных целях.
В отличие от эмоциональной харизмы Чавеса или бойцовского стиля Мадуро, брат и сестра Родригес действуют по принципу «институциональной устойчивости». Контроль Хорхе Родригеса над государственным аппаратом и Национальным избирательным советом (CNE) направлен на формирование образа стабильности и законодательной преемственности. Он стремится привлечь к себе симпатии умеренных кругов международного сообщества и стабилизировать внутреннее напряжение.
Министр обороны Венесуэлы Падрино Лопес, почти не появляющийся на публике в последнее время, выступил с заявлением о состоянии вооружённых сил страны (FANB), «единых, стабильных, сплочённых, без внутренних разногласий». Проправительственные СМИ позитивно восприняли его слова: «В обращении был не только подчёркнут оперативный потенциал FANB, но и отражено политическое позиционирование военного сектора как ключевой опоры стабильности государства, призывающего граждан сохранять спокойствие и доверие к институтам, отвечающим за территориальную безопасность».
В «низовых» боливарианских структурах нынешняя политика руководства по выстраиванию диалога с Вашингтоном встречается с неприятием. Для большинства партийцев остаётся актуальной непримиримая формула Уго Чавеса: «Идите к чёрту, проклятые гринго!» Однако ситуация реально изменилась и, возможно, надолго – приходится сдерживая эмоции наблюдать за тем, как США постепенно возвращают своё влияние в стране. Американские чиновники стали часто ездить с визитами – сначала сам глава ЦРУ, проявивший значительную личную смелость (учитывая рекомендации Госдепа избегать поездок в Венесуэлу), затем министр энергетики США, который побывал на нефтедобывающих объектах. А теперь Лаура Догу, опытная представительница Трампа, готовится получить верительные грамоты.
Используя прикрытие посольства, значительно проще вести вербовочную работу, координировать деятельность НКО, обучать студентов тактике «спонтанных» протестов, а также устраивать медийные кампании с помощью подконтрольных СМИ и нанятых блогеров для дискредитации сторонников боливарианского курса. Уго Чавес и Николас Мадуро успешно противостояли этой активности, но, похоже, радикальная оппозиция получает новый шанс на успех. Если она придёт к власти, возможны самые жёсткие и кровавые сценарии, ведь слишком долго сдерживали накопившуюся злость и ненависть.
